Большой помехой в твоей жизни не будет. Одной жить в доме, да притом заниматься прилюдным делом — негоже.
Хозяйка дома замолчала, упёрлась затылком в высокую спинку сиденья и закрыла глаза.
— А как мне быть с Ван дер Ваалом? — Ника тронула женщину за руку, лежавшую поверх муфты.
— Неволить тебя некому.
— Посмотрела и забудь. Любишь ты его.
— Ван дер Меера, кого же ещё.
— Так заметно? — Ника покраснела, отнекиваться не стала.
— Судить не возьмусь, но раз уж Ван дер Ваал увидел, то увидят и другие. И то, что не отпустит он его от себя в угоду дочери, спору нет.
— Велено молчать — молчи. Ван дер Меер терпит, и ты терпи. В их роду все мужчины отважные воители, не отступают от задуманного и честь блюдут. Жди.
Госпожа Лейфде подняла указательный палец и наставительно закончила:
— Терпеливый лучше надменного духом. Не спеши своим духом обижаться, потому что обида живёт в груди глупых. А теперь иди. Устала я. Приходи завтра. О Дэниэле говорить станем. Через четыре дня он возвращается в школу в Порт-Рояль. Поедешь с ним. Станешь приглядывать за моим мальчиком.
Вставшая Ника чуть не села назад на стул:
— Уехать во Францию? Надолго?
— Через два месяца вы вернётесь на каникулы и уже в сентябре отбудете до Рождества.
— А как же кофейня и гостевой дом? Как всех… всё оставить?
— Эка невидаль, — старуха то ли поперхнулась, то ли издала скрипучий смешок. — Продашь свою долю Ван дер Мееру, отдашь долги, а гостевой дом… — она пожевала губами, — наймёшь управляющего. Будет за порядком следить, отчёты слать да деньги в банк на счёт класть. А я за ним прослежу, будь покойна.
Госпожа Лейфде не дала гостье договорить, замахала руками:
— Иди, иди, приходи завтра.
Дэниэл поджидал сестру у входной двери. Бадди лежал у стены и грыз большую сухую кость. Заметив Нику, настороженно поднял уши-бабочки, незлобиво тявкнул, предупредив, что занят, и снова принялся за кость.
— Вы долго разговаривали, — закрыв проход, парень встал перед сестрой.
Всмотревшись в её лицо, поморщился и вздохнул:
— Ты плакала. Тебя кто-то обидел? Кто? Я убью всякого, кто посмеет тебя обидеть, — выпятил грудь и воинственно поднял подбородок.
Ника улыбнулась и убрала с его лба непослушную прядь волос:
— Не нужно никого убивать. Я просто устала, и мне нужен был совет старой, мудрой женщины.
— Бабушка хочет, чтобы я поехала с тобой в Порт-Рояль.
— Что? Со мной? — Дэниэл округлил глаза и, не скрывая радости, широко улыбнулся. — Такое возможно?
Ника отодвинула его в сторону, открыла дверь и улыбнулась:
— Ничего невозможного нет.
— Ты согласилась? — приплясывал в нетерпении, следуя за ней на улицу. — Поедешь на всё время?
— Я подумаю, — ответила Ника задумчиво.
Завтра она узнает всё подробно.