Автор
Май превращает город в весенний мозаичный ландшафт. Сабrina наслаждается красотой своего сада до того, как получает странный, но тревожный анонс — некий незнакомец видел ее одиночкой. Атмосфера книги создает ощущение невеселого подслушивания, когда героиня начинает сомневаться в безопасности своего повседневного мироздания и своих самых близких людей....
О своем голоде, о страхе. О том, как Фред наслаждался его страхом. Как Грета молча наблюдала за тем, как ее муж мучил его. А еще Мариус рассказал о своем разговоре с Сабриной Бальдини.
— Я ей все это рассказал. Все, слышишь, все, что рассказал сейчас тебе. ""Детский крик"" — смех, да и только! Ваши расчудесные брошюры, призывающие, чтобы к вам обращались, если появятся проблемы… Вы всегда выслушаете, вы поможете, чем только сможете… Да это все просто липа! Сплошное шоу! Когда дело действительно доходило до крайности, вы бросали ребенка в беде.
Ребекка начала его понимать. Его ненависть, его горечь. И, что было самым странным, верила каждому его слову. Все, что Мариус рассказывал о своих приемных родителях, вызывало в ней сочувствие, ярость и ужас — но не сомнения. Что-то в его лице, в его голосе подсказывало ей, что он не сочиняет.
Он не врал, но, к сожалению, это не делало его менее опасным. Наоборот."
"Преимущество Ребекки было в том, что она ему действительно верила. В ее ситуации она и так сделала бы вид, что верит в его историю, но Мариус был чрезвычайно чувствительным — как раз-таки в своем безумии.
Но положение могло в любой момент измениться — в этом у нее не было никаких иллюзий.
Она объяснила Мариусу, что ничего не знала о его звонке по телефону доверия, и тут он вспыхнул гневом.
— Ты пытаешься спасти свою шкуру, — презрительно заявил он, — ты знаешь, что сидишь в ловушке, и теперь стараешься вытащить свою голову из петли… Ты просто жалкий комок грязи, тебе никто еще об этом не говорил?
— Я бы призналась в этом, если б знала.
