В волшебной академии, где учатся маги и целители, начинается зима, полная опасностей и чудес. Героиня-целительница и герой-маг вынуждены объединить свои силы, чтобы разгадать тайну, угрожающую всему магическому миру. Среди экзаменов, интриг и неожиданных приключений между ними вспыхивает...
Посмотрим, как ты оправдаешься в своем эгоизме и нечуткости!
Наглец пернатый! И где только слов таких земных нахватался?!
— Друг, говоришь? — медленно, очень медленно и тихо спросила я и… Птиц сжался, а потом и вовсе повесил клюв. Что и требовалось доказать! Переживает. — Мы связаны, мы зависимы друг от друга. Тебе для жизни необходима моя магия, мне необходимо ею делиться. Кроме того, мне интересны твои воспоминания, знания и советы, потому что это история моей семьи. Однако, чтобы стать друзьями, одного симбиоза мало. Нужно доверять друг другу, делиться, информацией.
— А я что сделал? Поделился, Настасья! Кто бы тебе еще глаза раскрыл, что арс нам изменяет? Кто? — захлопал крыльями пернатый.
— И чего ты добился? Мне стало больно, понимаешь? Просто больно от того, что меня предали. А все оказалось не так! — выпалила я, глядя на наглый клюв. Да, была бы у птица такая анатомическая способность, он бы сейчас сложил бы руки на груди, но… Красноречивые жесты ему ограничила природа, зато дала способность эмоционально сипеть, кашлять и даже молчать.
— Подумаешь, больно ей… Не умерла же! Зато наверняка с герцогом своим отношения выяснила! А то ходила замороженная, как рыба во льду! Ничем тебя расшевелить не мог. Представляю, как у вас в гнездышке было жарко сегодня ночью…
Лош закатил глаза, мы с мурашками смутились и покраснели. Прохиндей! Однако, спускать ему эксперименты над собой я не собиралась.
— Итак, магия, или я ухожу на урок? — никаких уступок. Пусть знает.
— Ага! Значит, было! Было! — ликовал попугай. — Если тебя это успокоит и подбодрит, то у меня еще есть многое, что тебе рассказать…
— Захлопни свой клюв! — разозлилась я, только абонент был вне доступа сети.
— Правду в мешке не утаишь! Она найдет лазейку! Просочится в самую крошечную щель! В правде сила!
За что мне такое наказание? Всем птицы как птицы достаются, а мне имперсонатор, наглец и в придачу революционер. Я закатила глаза, глубоко и тяжко вздохнула и направилась к двери. Время, как известно, на месте не стоит, а опаздывать совсем не хотелось. Кроме того, я знала, что Ди будет меня ждать. Но «Остапа понесло»…
— Так вот, эта чернявенькая дамочка, которая наша любовница, оказалась настырной особой… — Лош летел за мной и настырно вещал, хотя я усиленно делала вид, что не слушаю его. — Едва королева вознесла дары, девица под благовидным предлогом покинула Ее Величество… Настасья, да слушаешь ли ты меня?
— Нет.
— Ну, и первородные с тобой.
