Автор
В мире, где молчание может быть опаснее любого слова, молодой адвокат оказывается в центре загадочного скандала. Скромная жизнь офицера закипает после незапланированной встречи с секретным министром, ставшей отправной точкой для неотвратимого расследования. Вскоре стало ясно, что молчание – не просто оружие, а ключ к обнаружению правды в этой таинственной истории.
И тон Родерика не позволял усомниться, что вопроса он не задавал. Вот только, кто отдавал приказ — великий князь, с которым мы вчера довольно холодно расстались после безобразной сцены, или первый министр, уловивший применение в Гретхеме запрещенного оружия?
— Куда изволите, Ваше Высочество, — в кабинет или на террасу? У нас она тоже имеется. Вид на парк и Лавандовый холм.
Конрад одарил быстрой улыбкой. В возрасте Серены и Лидии одной ее хватало, чтобы мне захотелось закружиться по комнате. Сейчас же в районе солнечного сплетения я ощущала тугой скрученный узел, возможно, магического происхождения.
Слишком долго я прятала и подавляла то, что чувствовала к этому мужчине.
— На ваше усмотрение. Я намерен тренировать навыки, в отсутствии которых вы вчера меня упрекнули. Искушать строгих амазонок, должно быть, не менее приятно, чем поливать огненным дождем неприятелей своей страны.
Глава 16
Мы все-таки отправились на террасу. Там мы могли общаться без свидетелей и при этом оставаться у всех на виду.
По-моему, фразу про то, что он намерен меня соблазнять, Родерик бросил специально — чтобы вывести из равновесия. Вид у него был такой, словно меня ждала выволочка.
Но я не забывала и эту короткую озорную улыбку; быть со мной строгим ему удавалось редко.
— Есть несколько моментов относительно Ангелины, которые мы не затрагивали. Это, скорее, техническая сторона, однако мне требуется ваше согласие до того, как закончим оформление последних документов.
Мужчина спокойно кивнул. Чересчур спокойно. Мне тоже необходимо взять себя в руки. Он больше не мой наставник, и даже не мамин пациент, чтобы я позволяла себе его дразнить.
Он по-прежнему второй самый влиятельный человек в стране и в состоянии как помочь, так и разрушить то, что я собирала годами. А для меня он, если это возможно, еще более дорог, чем раньше.
В той упрямой влюбленности было слишком много юного максимализма и так мало понимания, чем рисковал он, идя против семьи. За эти годы он сделал для Фересии больше, чем его брат и отец вместе за все время своего правления. Защищенные границы, крепкие союзы, стабильный торговые связи.
А что если мятеж против Стефана не стал бы настолько ужасным решением? Merde! Оливия Бланш, вернись на землю, точнее на балкон.
— Скорее всего я упоминала, что первая неделя уйдет на тестирование. От этого будет зависеть, в каких группах ваша дочь будет заниматься на предметах, где мы разделяем учениц по уровню знаний. Не нужно придавать этому излишнее значение.
