Автор
Бриджпорт, Коннектикут, тихое уютное место, где дни казались бесконечными. Вместе с каждым сезоном люди уходили в море, забывая про эту маленькую жизнь на берегу. Но Джорджина оставалась дома, ждя своих братьев. Теперь же, когда они снова исчезли за волнами и звездами, она понимает, что может быть только одно место, куда она должна отправиться — в поисках своего места в мире большем чем этот островок ветра....
Софи раскрыла ей свои объятия. Кэти не нужно было другого поощрения. Она бросилась через комнату, упала на колени у ног Софии, обняла свою бабушку за талию и уткнулась лицом в ее грудь. Она была достаточно высокой, чтобы сделать это, и по-настоящему заревела, когда бабушка обняла ее в ответ.
— Не стоит, — пожурила ее Софи. — Прекрати плакать. Ты не можешь себе представить, как я ждала возможности тебя увидеть. Сядь сюда и дай мне посмотреть на тебя.
Кэти поднялась и села на диван, смущенно улыбаясь. Она вытерла одну щеку пальцами; Софи вытерла другую.
— О, Боже, только посмотрите на нее, — сказала Софи в изумлении. — У тебя ее глаза. И наши фамильные ямочки.
Они обе улыбнулись, отчего эти ямочки стали еще заметнее. У Софи они были глубже от того, что ее кожа, в силу возраста была не такой гладкой, но именно от нее Кэти унаследовала свои.
Энтони сел в кресло напротив них и пожаловался.
— Хотел бы я увидеть сходство раньше. Когда встретил Кэти в Лондоне, никто из нас этого не заметил.
— Мать смотрит по-другому, это же касается и бабушки, — ответила Софи.
— У меня не было полной уверенности. Я должен был сначала найти ее. Она уезжала из Англии.
— Ну, хорошо, тогда я вас прощаю.
Энтони поднял бровь, глядя на Летицию, потом ответил Софи."
"— Кажется, вам не говорили, что Кэти сама приходила сюда, и вместо того, чтобы встретить ее с распростертыми объятиями, ее выставили за дверь и велели никогда не возвращаться?
— Нет, Летти призналась в своей грубости только вам и вашему брату.
Теперь все смотрели на Летицию. Женщина совсем не выглядела смущенной. В действительности, выражение ее лица было упрямым, когда она сказала в свою защиту:
— Вы угасали с тех пор, как тот адвокат, которого вы наняли в Америке, сообщил вам о смерти Аделины. С тех пор вы были настолько больны, что пришлось три раза вызывать доктора. Надо было остановить вашу скорбь.
— Прекрати, — оборвала ее Софи. — Не я должна сожалеть. Не я услала Аделину. И моя скорбь началась в тот день, когда она покинула Англию.
Прежде чем они всерьез рассорились, Кэти заговорила.
— Почему она уехала? Она говорила мне, что вы лишили ее наследства. Но я начинаю думать, что все было не так.
