Автор
Анна страдает от издевательств в собственной семье, пока в её жизни не появляется Белый — жёсткий охранник с морским прошлым. Между надзирателем и его подопечной вспыхивает опасная страсть, способная изменить судьбу обоих. Смогут ли они найти спасение друг в друге?
- Это вопрос: «Я могу уйти?» Это угроза: «Я могу уйти!» Это предложение: «Я могу уйти»?! Это что блять вообще такое? – нервно взрывается он. – Уйти в другую комнату, уйти совсем?! Я не понимаю нихера!
Срывается ко мне, обхватывая за талию, закрывая глаза прижимается своим лбом к моему.
- Анечка!
Вдруг я снова ощущаю его близким без всяких стен.
- Бьянко… - обхватываю за шею, прижимаясь крепче.
- Ну как – «не знакомы, ну?!
- Нет… нет! Не то хотела сказать! Не смогла сказать, что хотела!
Ловит мои губы своими, втягивая в горячий поцелуй. Я отвечаю ему, вжимаясь в него телом. Я не хочу никуда уходить. Хочу, чтобы он не исчез из моей жизни.
- Ti amo… - шепчет он, закрывая мой рот и не позволяя ничего ответить. – Люблю тебя…
Глава 32 – Переплести нити
Первый раз, с тех пор как живу здесь, мне кажется моя квартира слишком... неуютной для такой охренительной девочки, как Анна.
У меня все просто, по-армейски. Ничего лишнего. Так как одинаково терпеть не могу - бардак и убираться.
А сейчас меня обламывает, что на полу нет ковра, ведь Аня босиком. Что на окнах жалюзи, вместо штор и это как-то... и полки у меня практически пустые. Это на самом деле неуютно."
"А ещё ни одной вазы. А я цветы заказал...
Включаю плазму. Там что-то буржуйское про природу Амазонки. Но картинка красивая.
- Оставить?
Кивает, рассеянно глядя на экран.
Я тоже смотрю на Аню по-новому сейчас.
Ни как вначале - на неприступную мажорку. И ни как потом - на пленницу, нуждающуюся во мне.
Теперь мы совсем в других статусах. И нить, что соединила нас, она ощущается такой тонкой. Страшно ее порвать. А ещё, конечно, это зерно, что вложил в меня Громов начинает давать корни.
Я не хочу в это верить! Она со мной не поэтому, да?
И я ловлю в очередной раз её взгляд.
Вот, казалось бы, смело мог ее затискать ещё несколько часов назад, как свою. А теперь опять боюсь прикоснуться, потому что ей это может не зайти по многим причинам. Ведь у нее появился выбор.
Может быть, это мне нужен реабилитационный центр? Как там на счёт второй пострадавшей стороны при ""тонких версиях стокгольма""?
Судя по ноющему, не отпускающему спазму в груди, я тоже - пострадавшая.
Так!
Нахер...
Ну что ты разнылся, Белый?
Потрогай ее... По реакции же все понятно, хочет девочка или нет.
Нет... Вот цветы приедут, тогда...
Концепция Громова - отдать ее куда-то, мне катастрофически не подходит! Я не могу ее отдать. Я загнусь нахрен от мысли, что эти психологи могут оборвать эту нить между нами.
