Автор
Анна страдает от издевательств в собственной семье, пока в её жизни не появляется Белый — жёсткий охранник с морским прошлым. Между надзирателем и его подопечной вспыхивает опасная страсть, способная изменить судьбу обоих. Смогут ли они найти спасение друг в друге?
- М… - поджимаю губы и, пряча улыбку, признаюсь: – Забыла, как говорить…
Зацеловывает.
- Ну почему я такой косяпор?.. – виновато бормочет он, с удрученным стоном.
- Что значит?.. – не понимаю я.
- Люблю… - выдыхает, целуя по очереди родинки.
- Amato... - шепчу я, и извиняясь тактильно, ласкаю его плечи.
Может быть, Россия не так и ужасна, если в ней есть Бьянко…
Глава 34 – Последний русский и сложности перевода
Прижавшись губами к ее прохладному носу, закутываю нас одеялом.
И, наверное, надо что-то сказать. Но я уже все-все сказал! И внутри меня опустошение и ни одного слова, только бьются чувства с каждым толчком крови.
И, может быть, надо было сделать все иначе, но уже случилось так, как случилось...
И может, я и не прав, что торопил ее как голодный озабоченный маньяк! Но было охуенно...
А сейчас - ещё лучше!
Ее пальчик гладит мою губу. Ранка лопнула. Кровит... Облизываю.
Вспоминаю этот горячий момент, когда она меня цапнула и снова головокружительно ""готов"" к бою!
Но нет-нет-нет... На моих пальцах тоже кровь. Ее кровь... И точно не стоит снова ее ""съедать"".
Веду носом по хрупкому запястью, замираю губами на бьющейся венке.
- Моя девочка...
Ну как вот… как я не допер, что я первый?? Ведь, было же очевидно!
Вспоминаю, как нахально кончил в душе, втянув ее туда с собой, и чуть не трахнул у стены. Закатываю на себя глаза. Ну, пиздец, ты, Белый, даёшь! Мало ей было стресса?? Ты тут ещё с членом...
Но черт возьми, она сама пришла ко мне тогда и... попросила секс! Я ж не монах… когда такая девочка сама…
А с чего вдруг – она его попросила?
Это же не озабоченная Тамара и даже не скучающая дешевая Инга.
Аню, скорее, воротить от этой идеи должно было в свете происходящего. Но пришла...
И я исключил на автомате дальше любые версии с невинностью. Даже не думал об этом.
- Ты сердишься... - разглаживает пальчиком между моих бровей.
- Нет... Ну что ты... - целую ее в ладонь. - Я не сержусь. Я беспокоюсь.
Задумчиво перецеловываю ее тонкие пальчики.
- Значит, ты жила в Вероне?
- Да.
- У тебя там кто-нибудь остался?
- Ребята… Друзья!
- Ммм... У тебя остался там парень?
- Ragazzo?
- Ну бойфренд, - ревниво прищуриваюсь я, - который бы ожидал, что ты вернёшься туда. К нему.
- Хм... Может быть, - пожимает плечами. - Кто-то и ожидает. Что вернусь. Я не знаю.
- Но ты же не вернёшься, да?
- Почему - не вернусь? - с недоумением покусывает губку.
Тревога в ее осоловелом взгляде снова нарастает.
