А если не может справиться сам, обращается за советом к тому человеку, общение с которым для него привычно, реакции которого для него предсказуемы, а результат их беседы не затронет его мироустройство.
— Львович, да это какой-то совсем уж тормоз, а тут чувак заведовал огромным складом и содержал его…
— В образцовом порядке! — Семен Львович подмигнул Виктору. — Ты не слушаешь меня. Склад — это как раз то место, где он установил раз и навсегда нужный ему порядок, он знает его вдоль и поперек. Он точно знает, как действовать в том или ином случае, как и с кем там общаться. Но сотрудники для него — типа гвоздей или шурупов, для общения с ними у него есть четкая внутренняя инструкция, как и для устройства самого склада. Он их не воспринимает субъектно, если ты понимаешь, о чем я говорю, они для него — просто объекты. И тут он видит нечто, и это нечто выбивается из общего ритма. Что сделает такой человек? Он будет обдумывать то, что его взволновало, день или два, а может, и неделю. А потом, не найдя правильного решения — для себя правильного, поскольку для него нет ничего страшнее ошибки! — он обращается к своей подружке.
— То есть он мог что-то увидеть и вчера, и третьего дня, или даже неделю назад?
— Именно! — Семен Львович выглядит как учитель, наконец обучивший делению дробей неисправимого двоечника. — Он обдумывал, прикидывал и так, и эдак. Но о том, что его что-то беспокоит, никто не знал, потому что такие люди, мягко говоря, внешне абсолютно не эмоциональны. А потом в какой-то момент он созрел до того, чтоб попросить совета, но было уже поздно. Убийца не оставил ему шансов. И я думаю, если бы девица поговорила с ним, судьба этого парня все равно была уже предрешена.
— Но тогда мы бы по крайней мере знали, что такого увидел несчастный кладовщик. — Виктор повертел в руках пустую банку. — А сообщник убийцы…
— Скорее, сообщница. — Семен Львович пьет чай маленькими глотками. — С наблюдениями и женщина могла справиться — ходила, все запоминала. Возможно, изначально она даже не предполагала, что готовится убийство, а потом все так быстро случилось, что ей пришлось помогать убийце. Странно, что она не выдала себя на допросе.
— Боюсь, вы правы. — Виктор поднялся, расстроенный словами патологоанатома и собственными мыслями. — Ладно, я поеду в отдел, работы полно. Спасибо, Семен Львович.
Виктор вышел из морга, прикидывая свои дальнейшие действия, и по всему выходило, что нужно дождаться вестей от Генки и результатов поиска от Семенова. Что-то в этом деле не давало ему покоя, но сформулировать свою мысль он пока не мог. Досадливо фыркнув, он зашагал по лужам к машине, думая о том, что вот плохо очень без Дэна, и без пива плохо.
Небо над головой стремительно затягивали тучи, пустился мелкий противный дождь.