Автор
Мир вокруг меня распадался, но я продолжала жить, увязшись в мраке собственных мыслей и желаний. Я стала тенью самой себе, оглушительно осознавая свою никчёмность и ненужность. Но даже такую жизнь я любила, надеясь на чудо, когда он вернёт меня обратно.
Дикие мысли о том, чтобы забрать ее оттуда, увезти куда-то и никто бы не узнал… а вдруг ребенок не родится с генетическими уродствами? Вдруг … Не бывает в этой мире никаких вдруг! Никаких проклятых вдруг! Удача и чудеса — это всего лишь миф для идиотов. Наверное, я заслужил всю эту тьму, весь этот дьявольский карнавал уродливых открытий. Слишком много дерьма я совершил в своей жизни.
Утро так и не наступало и время тянулось как резина. И все эти часы я варился в адской магме. Я представлял, как она там кричит и плачет и метался по кабинету, нарезал круги словно в клетке.
Сотовый зазвонил в руках, и я хотел рявкнуть в него, но практически не услышал свой голос:
— Захар Аркадьевич… мы… она сбежала.
— Куда? Когда? — крик хриплый сорванным воплем.
— Ночью!
— НАЙТИИИ! — взревел, хватаясь за спинку кресла.
— Уже нашли!
— Говори где? Я выезжаю! Чтоб с места не сдвинулась. Стеречь, как сторожевым псам до моего приезда!
— Она… она мертва, Захар Аркадьевич.
— Что?
Что он несет этот идиот? А дышать уже нечем, и пальцы раздирают воротник рубашки, царапают горло.
— Она сбежала на такси … они зачем-то остановились у обочины и в них врезалась фура или грузовик. Произошел взрыв… найдены изуродованные тела водителя и его попутчицы.
— Это … это не она!
— Она… мы проверили.
Я хрипел, давил свое горло пальцами и слышал лишь сиплый стон, который вырывался из обожженного горла. Ни слова не мог сказать. В эту самую секунду вошел Костя, он забрал у меня сотовый. А я стоял и отрицательно качал головой, глядя в одну точку и пытаясь сделать хоть один вздох. И не мог. Сам не понял, как опустился на колени, опираясь на ладони и срывая пуговицы с воротника.
