Интуитивно почувствовав недосказанность в словах Тиррона, уходя, включил прослушку.
— Что ты собираешься делать? — спросила Кора.
— Ничего, — прозвучал спокойный голос Тиррона.
— Мне совсем не с руки портить отношения с гильдией убийц. У нас с ними и так все шатко.
— Помоги ему, — повторила Кора.
— Во-первых, ты обещал ему помощь, если она ему понадобится. А ты стараешься всегда держать свое слово. Во-вторых, ты заметил, как в последнее время изменился Тир? Таким воодушевленным я его никогда не видела. У него появился смысл в жизни. Пусть тебе не нравится то, чем занимается наш сын, но, согласись, его душевное здоровье важнее всех твоих дел. И все это — благодаря Нику. Я уж не говорю, что если бы не он, то мы могли потерять Тира. Тебе мало причин?
— Ты не понимаешь, — вздохнул Тиррон, — если в гильдии узнают о моей помощи Нику, а он не будет тихо сидеть в сторонке и попытается что-то предпринять против них, то это грозит нам не просто неприятностями, а очень большими неприятностями. Возможно, даже смертью кого-то из моих людей. Ты согласна на такой размен?
— Пусть. Мы все взрослые люди и уже пожили достаточно, но в чем виновата маленькая девочка? А если бы это была твоя дочь?
— Не передергивай, — недовольно произнес Тиррон. — Ничего ей не сделают, добьются от ее родителей желаемого — и отпустят.
— Не надо меня обманывать, — голос Коры задрожал от сдерживаемых слез, — я не хуже тебя знаю, как работают в гильдии убийц. Шансов, что девочку вернут, почти нет. Ты не забыл, кто ее отец? Когда в игре такие большие ставки, свидетелей не оставляют. Девочка могла кого-то видеть, и если ее вернут, то в гильдии магов достаточно умельцев, которые вытащат у нее из памяти все, что она видела. А это большие проблемы для убийц. И они на это не пойдут. Им легче уничтожить ребенка.
— Да с чего ты взяла, что тут замешана гильдия убийц? — произнес Тиррон все тем же недовольным голосом.
— Во-первых, ты сам сказал, что это они. Во-вторых, в таких делах нужна гарантия. Тебе снова напомнить, кто отец девочки? Дальше продолжать?
Я так внимательно слушал, что даже замер в неудобной позе. В разговоре образовалась пауза, и я потянулся. В шее даже что-то захрустело. Фух! Не думал, что так могу погрузиться в чужой разговор. Даже от окружающего отключился — вон, хозяин чифы смотрит на меня подозрительно. Я показал ему палец, что во всех таких заведениях означает просьбу принести кружку чифы, тот расслабился и кивнул. Тем временем разговор продолжался.
— Хорошо. Я постараюсь добыть информацию, где держат девочку. Но помогать Нику не буду, если он вдруг решит ее освободить.
— По-моему, он тебя об этом и не просил. Мне кажется, что он сам дальше разберется. Извини, Тиррон, но женщины такие вещи чувствуют лучше. Он сильный человек.