Автор
В особняке старшего брата Ливи было всё как в детстве: изящный веер из перьев в её руках трепещет, словно молния над головой. Но гнев взял верх — она готова на все, чтобы выяснить правду и отомстить за обман. Атмосфера дома наполнена злыми шепотами и ужасными секретами, которые Ливи теперь решила раскрыть....
"Мария Шарикова
Никогда не отпущу. Месть изменщику
Пролог
Лондон, 1812 год.
Сдерживая готовый сорваться с уст вопль и осторожно прикрыв дверь библиотеки, Оливия поспешила туда, где никто не увидит выступающие на глазах слёзы. Это было нетрудно, ведь особняк старшего брата был знаком ей с детства, и найти укромный уголок не составит труда.
Пальцы нервно сжимали изящный веер из страусиных перьев, норовя сломать дорогую вещь пополам, но Ливи было всё равно.
Глупая! Какая же она глупая! Столько времени позволять водить себя за нос!
Сплетницы громко шептались у неё за спиной, и теперь Оливия узнала истинную причину их злорадства.
К горлу подошёл ком, мешающий сделать глубокий вдох, а в ушах зазвенели похотливые стоны, услышанные ею в библиотеке. Нет, она не станет плакать и жалеть себя здесь, где любой из гостей Тайлора сможет столкнуться с ней.
Ноги сами понесли Оливию в сад, в дальнем уголке которого она сможет дать слезам волю и почувствовать себя маленькой и беззащитной девочкой, какой она была когда-то.
Воздух был довольно прохладный, несмотря на то, что апрель уже вступил в свои права,и модное платье из ярко-зелёного шелкового муслина с серебряной нитью совсем не согревало Ливи.
А ведь всего пару часов назад ей хотелось быть самой красивой, блистать в бальном зале и светиться от счастья. Но теперь... Теперь ей было всё равно!
В дальнем углу сада росли вековые дубы, и именно туда держала путь Оливия,на деле не разбирая дороги, просто бредя по знакомым с детства тропинкам.
Наплевав на дорогой наряд, она всем телом прижалась к стволу оказавшегося поблизости дерева, понимая, что ноги отказываются её держать. Мелкая дрожь била всё тело, а с губ сорвались громкие рыдания.
- Боже, за что! - воскликнула она в темноту, понимая, что не услышит ответа.
Слёзы струились по щекам, и жизнь в один миг стала пустой и ненужной...
- Ливи, - услышала она, когда широкая мужская рука легла ей на плечо.
Резко обернувшись, Оливия встретилась с внимательным взглядом друга детства - Филиппа Кингсли. Она настолько погрузилась в себя, что не услышала, как он приблизился к ней.
