Из фабричных труб валил черный дым, говоривший о том, что там полным ходом идет производство новых локомотивов, рельсов, пушек, винтовок и снарядов. За годы, прошедшие после Меркской войны, на холмах у реки, где когда-то стояли юрты тугарского лагеря, вырос целый город из красного кирпича.
Вид дамбы пробудил в Винсенте воспоминания о совершенном им подвиге, спасшем Суздаль, и о тысячах тугар, погибших в тот день. Были времена, когда его сердце покрылось ледяной коркой от этих убийств. Потом с ним случилось то, что доктор Вайс назвал «нервным срывом». А сейчас? Как ни странно, он больше ничего не чувствовал. Все нормально, идет война.
— Собачий холод для этого времени года, — пожаловался командир батареи, протягивая руки к гаснущему костру.
Ганс Шудер оставил без внимания ворчание своего подчиненного. Дозорные патрули, охранявшие южную сторону каре, вяло перестреливались с бантагами, в ночном небе вместо артиллерийской канонады грохотали раскаты грома. Лило как из ведра.
Ганс обвел взглядом людей, устало сгорбившихся вокруг костра; с их шляп стекали настоящие реки, а некоторые солдаты обессилели настолько, что, свернувшись калачиком, спали прямо на мокрой земле, невзирая на холод, дождь и грязь.
— Бантагам приходится не слаще нашего, — продолжал артиллерист. — Когда они атаковали нас перед закатом, их стрелы не имели пробивной силы. Одна ударила меня вот сюда, — он ткнул пальцем в грудь, — оставила пустяковую царапину. Похоже, тетивы растянулись или что-то в этом роде. Пожалуй, мне крупно повезло. Дьявол, я уже дважды был ранен этими штуковинами в ногу: один раз при Испании и потом еще у Брода.
Ганс неопределенно хмыкнул, чувствуя, что не в силах поддерживать беседу.
— Сколько еще осталось, сэр?
— Ну, далеко еще до берега, где нас ждет флот адмирала Буллфинча?
— Честно говоря, сынок, я и сам точно не знаю.
Встретившись взглядами с молодым артиллеристом, Ганс вдруг узнал в нем того самого начальника батареи, который двумя днями раньше скатил свои пушки в лощину во время боя с бантагами.
— Еще дня четыре, может быть, пять, — произнес Ганс. — Мы прошли уже больше половины пути.
Артиллерист вздохнул и рассеянно поддал ногой выкатившееся из огня полено.
— Черт возьми, а я-то надеялся, что мы уже близко к цели. Горы справа стали ниже, чем раньше.
— Нам нужно спуститься с гор на равнину и добраться до бухты. Там находится город Тир, — объяснил ему Ганс, понимая что он должен что-то сказать в такой ситуации.