В следующее мгновение кровать провисает подо мной, и Янгулов, разведя мои ноги шире, уверенно устраивается между ними. Задерживаю дыхание и прикрываю веки, когда что-то твердое и горячее, подрагивая, вжимается в мою промежность.
Ощущение стыда обожгло меня так сильно, что все наваждение и желание мгновенно испарились. Рината же ничего не смущало. Он вновь набросился на мои губы в голодном поцелуе.
Все тело сковало страхом, а щеки загорелись от моих эмоций. Все происходит слишком быстро. Так не должно быть. Кажется, я просто не готова к близости.
От прохлады в помещении мое тело покрылось гусиной кожей. Грудь немного вздернулась вверх, а ее вершинки набухли, вызывая у меня еще большее смущение. Янгулов не знает, что я не успела познать близость мужчины, а это важно ему знать.
Ринат отстранился. Его пристальный и завороженный взгляд начал ласкать мое тело. Он метнулся от подрагивающий губ к груди, а потом ниже. Хочу сомкнуть ноги, но мужчина не дает мне такой вольности.
Он начал водить кончиками пальцев по чувствительной горошинке груди, двигаясь вниз. Мимолетно коснулся линии талии, живота и постепенно перешел к ноге, на внешнюю сторону бедра. Я вздрагиваю от каждого обжигающего прикосновения. Ощущения незнакомые. От этого кажутся слишком острыми.
— Ты прекрасна, девочка! — Глухо выдохнул он, все еще изучая меня взглядом.
Его руки резко обхватили мои груди, жадно сжали их, вызвав во мне болезненное ощущение. Большими пальцами Ринат начал поглаживать набухшие горошины, а ненасытные мужские губы опустились на бархатистую кожу, покрывая ее влажными поцелуями. Пальцы сменил горячий язык, который тут же принялся играть с невероятно тугими сосками.
Янгулов прижался ко мне настолько тесно, что невозможно игнорировать его достоинство, которое из-за смазки свободно двигается между складочек, вызывая трепет внизу живота. Мужчина словно дает мне почувствовать всю силу и крепость своего желания.
— Я хочу ласкать и целовать тебя всю ночь. Такая сладкая и невинная девочка! — Раздался хриплый от желания голос Рината. Его слова лились как песня соловья. Они помогали немного расслабиться и отдаться новым ощущениям.
Внезапно мужские пальцы оказались у меня между ног. Я запаниковала и издала тихий писк. Янгулов приподнялся на локтях и посмотрел на меня недоумевающим взглядом.
Паника начала бить набатом. Мне все очень приятно, но мысли-блокаторы в голове не позволяют мне отдаться ему полностью и не дают возможность возбудиться по-настоящему.
— Ты сухая.