Автор
В Главе 1 ты ностальгируешься над студенческими буднями и трудами, пропуская текст теории государства и права. Ты встречаешь Соню, которая старается уговорить тебя на свидание, заставляя бросать учебники и смотреть на буквы в тетради.
Просто слушаю шум воды в ванной. Теперь там Тимур. И смотрю в одну точку — на соседнюю белоснежную подушку. Глаза уже горят от солёных слёз, которые всё никак не хотят заканчиваться.
В ванной быстро становится тихо. И уже через пару минут Тим забирается ко мне под одеяло. Распаренный и ещё немного влажный после душа. Он обнимает меня со спины и сразу притягивает к себе. Гладит ладонью по влажным волосам. От его тепла и нежности мне сразу же хочется зарыдать ещё сильнее. Но я пытаюсь держаться. Делаю один глубокий вдох, проглатывая в себя подступающий всхлип.
— Если хочешь, можешь ещё поплакать, — шепчет мне в затылок Тим."
"— Куда уж больше, — хриплю я севшим от рыданий голосом. — У меня и так глаза уже, наверное, как две щёлки.
Тим слегка приподнимается надо мной и заглядывает в моё лицо.
— Ну да… — произносит наигранно строго. — Лучше не плакать. Точно как щёлки. Жуть.
В другой раз я бы улыбнулась. Шутливо пихнула бы в бок Тимура.
И Тим чувствует это. Он ещё крепче обнимает меня, прижавшись носом к моим волосам.
— Забавная штука получается. Я могу неделями не появляться у отца — ему плевать. А у тебя какой-то запредельный контроль, — задумчиво вздыхает Тимур.
— Мама не была такой раньше, — тихо всхлипываю я.
— Возможно, ты просто не замечала этого.
— Тим… — мой голос срывается, и меня опять трясёт. — Я же не такая… не такая, как она говорила…
Объятия Тимура становятся сильнее. Он стискивает меня под одеялом так, будто бы я сейчас могу исчезнуть. Я зажмуриваюсь и вжимаюсь в его руки.
— Твоя мать перегнула палку. Не дай её словам сломать тебя, — Тим переводит дыхание. Я чувствую, как его ладонь протискивается между моими руками, прижатыми к груди. Тимур находит мои пальцы, крепко переплетает их со своими и вдруг резко выдыхает: — Давай уедем?
— Мы же и так уехали… — бормочу я.
— Нет. Вообще уедем отсюда.
И до меня доходит… Это ведь предложение сбежать, да? Я распахиваю глаза — насколько это можно сделать опухшими щёлками — и настороженно замираю, слушая, как ровное дыхание Тима теряется в моих волосах.
— Как уедем? — спрашиваю тихо и даже перестаю плакать.
— На машине.
— Куда? А учёба? А деньги?
— Завтра сядем и на свежую голову решим, куда можно поехать.
