Автор
Утро сияет новым светом, словно подпись к десятилетней радости. Впервые за годы разлуки я чувствую себя не просто счастливой, но на грани экстаза – от юмористических рекламных роликов до песен виртуозов поп-музыки, которые становятся моим столь любимым компаньоном. Пятнадцать лет назад я встретила Сергея, и вот сегодня отмечаем этот особенный день – десятую годовщину свадьбы....
Да что же это такое-то?! Что за страшная тайна связывает ее с гостем?!
— Шталь Калина, ты должна пообещать мне никогда-никогда никому это не рассказывать…
— Клянусь!
За эти дни я себя так накрутила, что была уже готова выслушать жуткую историю, но мне стоило очень большого труда сохранить серьезность. Все же разница в менталитете сказывалась — такую историю я себе просто не смогла вообразить!
Пятнадцать лет назад, еще когда был жив отец Ригера, летом, в жару, Тагина и Ранда ходили за ягодами. В лесу разошлись и потеряли друг друга.
— То есть, он вас спас?
— Да, она спас мою жизнь, Калина.
— Я все равно не понимаю, что вас так смущает.
— Шталь Калина, я же говорила, что это было летом, в самую жару!
— И что?
— Ну, я… я была обнажена…
— Он изнасиловал вас?!
— Цез с тобой, детка! Он порядочный человек! Как только мы достигли берега — он сразу же отвернулся!
— Так в чем дело-то?
— Ну, он же все равно видел меня обнаженной! Я боюсь, что он меня узнает…
Господи ты боже мой, ужас-то какой! Я, с большим трудом сохранив серьезное лицо, сказала:
— Шталь Тагина, наш гость — истинный высокородный. Думаю, эта тайна навсегда похоронена в его душе.
— Ты думаешь?!
— Да, я думаю, он никогда не выдаст вашей тайны.
Когда я вышла из ее комнаты, мне было весело и легко. Не знаю, узнал ли наш гость Тагину, но то, что он порядочный человек — только плюс для него в моих глазах.
Этим вечером все разошлись рано. Тагина сослалась на головную боль, гость сказал, что хотел бы лечь спать пораньше, так как вчера долго не мог уснуть из-за пурги и мы с Ригером остались вдвоем.
За окном завывал ветер и в зале становилось прохладно…
— Калина, я хотел бы, что бы ты посмотрела один расчет. Где-то я ошибаюсь, зайдем ко мне?
Ригер потушил свечи в зале, взял подсвечник, подал мне руку и повел рядом. Не знаю, что на меня нашло, но я испытывала странное волнение. Рука была теплой и надежной, такой надежной, что ее не хотелось отпускать.
