Автор
Утро сияет новым светом, словно подпись к десятилетней радости. Впервые за годы разлуки я чувствую себя не просто счастливой, но на грани экстаза – от юмористических рекламных роликов до песен виртуозов поп-музыки, которые становятся моим столь любимым компаньоном. Пятнадцать лет назад я встретила Сергея, и вот сегодня отмечаем этот особенный день – десятую годовщину свадьбы....
Яйца в таком количестве возить из города было не слишком удобно, некоторая часть билась в корзинах. Поэтому и решили навестить соседей и поговорить о продаже хутора.
Добираться пришлось почти пять часов. Далековато хозяева жили. Но самое «интересное» началось в доме сайна Шафуса Трокса. Сайн — это обращение к богатому сельскому жителю, владеющему землей, но не высокородному.
Сайна Юрга Трокс приняла нас весьма прохладно.
Высокая, костистая женщина, несколько грубоватая и нелепо-дорого одетая. Она заставила нас ждать в холодном зале почти пол часа — думаю, переодевалась.
Сам Шафус был болен и к гостям не вышел. А вот сайна Трокс, хмуро поглядывая на Ригера, наотрез отказалась продавать нам хутор.
— Шталь Крейг, этот хутор и ближайшая деревня — мое приданное. Сайн Шафус разрешил мне самой управлять имуществом. Я не вижу особого прока в деньгах без земли.
— Но сайна Трокс, деревня слишком далеко от хутора, а сам хутор мал и незначителен. Если вы не хотите продавать его, я могу предложить обмен на небольшой кусок принадлежащего мне леса.
— Нет, шталь Крейг, и не уговаривайте!
Ни еды, ни напитков нам не предложили. Хотя в дороге мы несколько подмерзли, но остаться в доме и согреться нам так же не было предложено.
Уже на улице, садясь в коляску и кутаясь в суконную полость, подбитую шкурами, я спросила Ригера:
— Помнится, ты говорил, что у тебя была «невеста» по имени Юрга?
— Да, Калина… И, как видишь, ни добротой, ни хорошим характером, ни гостеприимством сайна не отличается.
— Ну, теперь, по крайней мере, я понимаю, почему ты не торопился домой.
Больше всего я переживала за Риша. Хоть он и был тепло одет, но мы были в доме хотя бы пол часа, а он не успел погреться вообще. Никто не ожидал, что в сельской местности соседи будут столь не любезны, что даже не пригласят погреться.
Риш простыл и почти неделю провалялся в постели.
И я чувствовала вину за это. Нужно было позаботится хотя бы о еде, раз уж невозможно было раздобыть горячее питье.
Благо, что за годы нищеты Ранда научилась делать запасы всего на свете. И у нее нашлись и смягчающие горло медовые микстуры, и питье от жара и прочие полезные вещи."
"А я многому научилась за эту поездку. Теперь я сама, под руководством Ранды, разбирала ларь с лекарствами и запоминала рецепты сиропов и декоктов.
Обоз из столицы вернулся уже ближе к весне. Шталь Тельм поездкой был доволен и горд.
