Автор
Утро сияет новым светом, словно подпись к десятилетней радости. Впервые за годы разлуки я чувствую себя не просто счастливой, но на грани экстаза – от юмористических рекламных роликов до песен виртуозов поп-музыки, которые становятся моим столь любимым компаньоном. Пятнадцать лет назад я встретила Сергея, и вот сегодня отмечаем этот особенный день – десятую годовщину свадьбы....
Поколебавшись, я вытащила топорик, удобнее расположила руку на песке, наметила сустав…
Кольцо и серьгу я протерла песком и сполоснула в море. Я стала немного богаче на монеты, но монеты — это на будущее. Ножи… Один из них выглядел дорогим. Рисунок на стали напоминал дамасские разводы. Его я точно возьму. Одну куртку из своих я могу бросить. Кожаная лучше защитит от дождя, но что делать со всем остальным? Нести тяжело, бросить — жалко! Теперь все это принадлежит мне, по праву живой. Думаю, что стоит пересмотреть мой груз.
Он был теплый! Теплый — значит живой…
Да, он живой… Положив пальцы на горло, как делали в кино, я почувствовала пульс. Довольно слабый, но он был. Мужик без сознания. На боку края разреза на куртке прилипли к ране. Под ним приличное пятно крови, что он потерял. Кто знает, сколько литров впитал песок?
Думала я не слишком долго. Кто он мне и кто я ему? Он просто обуза, да и потом… Кто знает, не попытается ли он сделать меня рабыней снова? Или — вернет хозяевам? На кой черт мне такой риск? Выживет — пусть выживает, но — без меня.
"В лодке я нашла очень, очень ценную вещь! Кроме небольшого бочонка с пресной, но мерзко пахнущей водой там была фляга! Примерно литровка, может, чуть больше! На глиняной, плоской и узкогорлой посудине была оплётка из кожи с хорошей удобной петлей. Значит, ее можно носить на поясе.
Я притащила к лодке свой рюкзак, перетрясла все вещи. Выкинула часть тряпья, сложила деньги, еду и два ножа. Думала взять саблю, но не представляла, что с ней делать, а тащить на продажу — тяжело. Она весила килограмма два, не меньше, кривая, нести неудобно будет. Да и не выглядела она дорого. Конечно, я могла ошибаться на счет её ценности. Но — все я не смогу нести, придется выбирать. Вместе с моим котелком, запасами еды и сапогами, с тряпками и новой добычей рюкзак тянул килограмм на восемь-десять.
Быстро увязав все, что собиралась взять, распихав монеты частью в рюкзак, частью на шнурке, на шею, я поспешила с этого дурного места. Идти по влажному песку было удобно, песчаный пляж все тянулся и тянулся, и я решила идти до темна и перекусить всухомятку, не лезть наверх за дровами.
