Автор
Утро сияет новым светом, словно подпись к десятилетней радости. Впервые за годы разлуки я чувствую себя не просто счастливой, но на грани экстаза – от юмористических рекламных роликов до песен виртуозов поп-музыки, которые становятся моим столь любимым компаньоном. Пятнадцать лет назад я встретила Сергея, и вот сегодня отмечаем этот особенный день – десятую годовщину свадьбы....
Щетина темная, отрастает быстро, но это не моя забота. Лет двадцать пять, вряд ли больше…
Думаю, ему все равно, день или ночь. Есть можно и ночью. Поэтому я решила сварить суп с рыбой. Немного, просто перекусить ему. Травы почти не осталось, растерла в порошок на одном из камней немного грибов. Какая-никакая, а клетчатка. Ложка крупы. Что не съест он — доем я…
Проснулась я когда солнце уже встало. Больной был в сознании и не спал.
Пришлось идти за водой, ставить чай. Ему пока дала ломтик сушеной рыбы — все какое-то занятие.
Нагрела воды, взяла чистые бинты и тряпку — протереть его. Разбинтовала и вынула дренаж. Рана красная, воспаленная, но гноя нет. И не выглядит хуже, чем вчера. Может уже и не нужен он совсем, дренаж этот? Или лучше не рисковать? Полезла в рюкзак, там у меня еще куски шелка, всё же лучше пока вставить. И тут наткнулась на соль! Точно! Воспоминания какого-то ветерана войны, в школе еще читала, сочинение мы писали… И он рассказывал, как в партизанском отряде, без медикаментов, сестра им раны солёной водой обрабатывала… Интересно, а сколько соли то нужно? Когда мне в детстве аппендицит вырезали, то после давали не воду пить, а физраствор.
Раствор кипел в котелке, а я намывала кружку. Чем-то нужно его будет после остывания зачерпнуть, стараясь не взбаламутить осадок."
"Рогожу с телом я вытащила на солнце. Вместо чая утром я дала ему кружку подсоленной воды.
Разбинтовала, ничего страшного не увидела. Но я знаю, что солнце опасно для микробов. Поэтому, полила все раны соленой водой и бинтовать не стала. Пусть полежит так часок.
Сама я ушла за дровами. Сходила дважды, так, чтобы на несколько дней хватило и пошла за травами. Нельзя одну крупу и рыбу есть.
Кормила я его часто и маленькими порциями. Утренний час на солнце не принес никаких видимых результатов. Но и он не обгорел, раны хуже не выглядели.
Спать я легла рано, сразу после ужина. Понимала, что ночью придется опять встать. Даже его мерзлявость можно объяснить потерей крови. Но простывать и болеть ему никак нельзя. Ночь прошла так же, как и предыдущая. Грела камни, подкладывала, один раз кормила и дважды поила. А вот утром меня ждал приятный сюрприз. Я сняла бинты, выложила его на солнце, полила соленым раствором и ушла.
