Омар медленно заходит в просторный кабинет отца, ожидая самого неожиданного разговора. Мы уже обсуждали варианты, как вернуть сестру домой, и что для этого может быть использована младшая Фоули — Ниса. Девчонке всего восемнадцать, как и Амире. Отцу предложили обменять одну дочь на другую, как это делают злостные враги....
Я останавливаюсь у частной клиники, куда положили маму, и выясняю, что на ночь она теперь ездит домой. Приходится потратить еще полчаса, чтобы добраться до родительского особняка. Приезжаю как раз ко времени, когда мама укладывает младших спать, а отец сидит в гостиной беседует с Айратом. Они над чем-то смеются, а потом замечают меня.
– Добрый вечер, брат, – приветствует меня кузен, вставая, а потом слегка обнимает, похлопав по плечу. – Я задержался, буду ехать.
Айрат прощается с нами и покидает дом, а я присаживаюсь напротив отца.
– Какие-то проблемы? Почему он здесь так поздно?
– Хочу поручить ему детей. Чтобы отвозил в школу и забирал.
– Амиру он уже отвозил, – бурчу недовольно.
– У Амиры была цель сбежать, у Карама с Салихой такой цели нет. А ты почему так поздно приехал? Что-то случилось?
– С мамой надо поговорить.
– Ты из пустыни или из квартиры?
– Из пустыни.
– Как чувствует себя твоя жена?
– Все хорошо. Сегодня приезжала врач, провела осмотр. Все в порядке.
– Омар, подумай над тем, чтобы развестись после рождения сына.
– Отец, она не отдаст ребенка.
– Брось, и не у таких забирали, – фыркает он.
– Я не хочу у нее забирать.
Папа переводит на меня взгляд прищуренных глаз.
– Нашел свою Джанан?
– Кто знает, – отвечаю сухо.
Джанан в нашей семье – это зачастую имя нарицательное. Отец когда-то дал его маме, сменив настоящее Амира на «Душа моя». Когда мы с братом Сабитом были маленькими, отец как-то сказал, что настанет время, когда каждый из нас найдет свою Джанан и женится.
– Сынок, – раздается слева голос мамы, и я встаю поприветствовать ее.
– Добрый вечер. Прости, что так поздно.
– Все хорошо, – обнимает она меня.
– Как твое самочувствие? – киваю на ее живот.
– Спасибо, через месяц станет легче.
– Оставлю вас, – отец поднимается с дивана и идет на выход из гостиной, по дороге на секунду прижав маму к себе и поцеловав ее в висок. – Омар, ты останешься на ночь?
– Да, – отвечаю ему. Мне надо немного времени, чтобы подумать над тем, что происходит в моем браке.
Мы с мамой, не сговариваясь, идем на кухню, где я делаю нам чай, и мы усаживаемся на высокие барные стулья. Она внимательно всматривается в мое лицо, по ее же пробегает тень тревоги.
