Автор
В элитной академии нищеброды смотрятся неуклюже — пока главная героиня нещенка не привлекает внимание своей дерзостью и решимостью. Каждый вздох подчеркивает напряжение, окутывающее тихую борьбу за выживание в высокомерной среде. Ночи без сна, битвы со злой старшей сестрой и уроки жизни — это история о несчастном ребенке, которая преобразуется под давлением суровой реальности элиты....
"Юлия Зимина
Нищенка в элитной академии
ПРОЛОГ
Элис
– Да как ты только посмела?! – задыхалась от возмущения моя двоюродная сестра, обмахиваясь веером. – Мама! Ты слышала это?! Элис опозорила нас!
– Слышала, дочь, – разгневанно кивнула женщина, хищно приближаясь.
Я со всей уверенностью могла сказать, что подходит она явно не для того, чтобы обнять.
– Решила ослушаться?! – вновь взвизгнула пышнотелая Жюстина, злобно откидывая жиденькую косу себе за спину. – Неужто думаешь, что матушка позволит тебе это? А, сестрица?!
В девичьем голосе было столько омерзения и брезгливости, что даже мне стало противно.
Вот и сейчас я смиренно молчала, мечтая, чтобы полгода, окончание которых ждала с нетерпением, отсчитывая каждый день, прошли как можно скорее. Ведь тогда наступит мое совершеннолетие по меркам нашего государства, и я смогу избавиться от опекуна и жить самостоятельно, без семейства Мен Роут.
– Зачем ты это сделала? – угрожающе спросила двоюродная тетушка, воспитывающая меня с двенадцати лет.
На самом деле ее ""воспитание"" ограничивалось лишь постоянными наказаниями и оскорблениями. Это при гостях, которые все реже стали появляться в поместье Гротьен, она хвалила меня и смотрела так, словно я ее родное дитя. Что дамы, что господа, наблюдающие за этим столь умелым спектаклем, охали и ахали, нахваливая мою тетку, которая позже, когда визитеры разъезжались, заставляла вычищать весь срач, оставшийся после якобы званого ужина.
– Хочу учиться в академии, – ответила я, не проявляя ни единой эмоции.
Для меня не осталось незамеченным, что баронессу потряхивало от ярости, ведь я ослушалась ее.
– Бессовестная нахалка! Вы только посмотрите на нее! – рычала Дэлия Мен Роут. – Ты опорочила нашу семью, бестолковая! Я сжалилась над тобой, приютила как родную дочь, а ты вот, значит, как проявляешь свою благодарность?!
Я молчала, стараясь не злить разбушевавшуюся женщину еще больше. Понимала, что поступила некрасиво, но иначе не могла.
