Мария терпеливо ждала звонка, но вдруг поняла, что больше не придет. Словно настроение Марии изменилось: теперь она отказывалась от общения. Но Горбатенко решил узнать, что же могло произойти - ведь это явно выходит за рамки обычного поведения.
- Даже когда мне Петр рассказывал сказки про «страшного и ужасного Горбатенко»… Глаза от тебя всегда отвести не могла, – выдохнула, коснулась губами его пальцев, согревающих ее лицо.
Но Олег не расслабился.
– Это не сказки, душа моя. Вот с чем-чем, а с воображением у твоего брата туго, не выдумал бы, - даже с какой-то тяжестью вздохнул. – Но тебя никoгда не коснется. Знаешь же…
– Знаю, любимый, - погладила его лицо своей рукой. Прижала пальцами его губы, мешая дальше говорить.
Но Олег, хоть и поцеловал ее ладонь, а от своего пристального изучения не оторвался. И объятия не ослабил."
"– Маша, что с тобой? – повторил снова. – Я же вижу, душа моя, что-то тебе покоя не дает.
Она чуть прикрыла глаза, легқо улыбнувшись.
– Все нормально, правда. Все хорошо…
У него начал звонить телефон. Олег не посмотрел на дисплей, но как-то зло чертыхнулся, глянув вместо этого на часы, что висели на соседней стене. Он должен был ехать. Она понимала. И он знал.
Помолчал еще мгновение, продолжая пристально смотреть ей в глаза. И, наконец, словно бы оcлабил свой захват. Почти отступил на шаг.
– Мне пора. Никуда из дома не выходи! – это не прозвучало просьбой. Распорядился.
– И не планировала уже… – попыталась успокоить его Маша.
– Тебя никто и не выпустит, – «заверил». Во взгляде Олега светилось все то же напряжение. Вот она его явно не успокоила. - Диму оставлю…
– Нет! – теперь уже Маша и не думала скрывать возмущение. – Я никуда не денусь отсюда, Олег. Займусь бумагами, поем. Позвоню Мартину, обсудим мои наблюдения. сравним с его. Пусть останутся другие охранники. Дмитрия бери с собой! – непонятно еще, кто из них больше командовать пытался.
И она его даже умилила этой попыткой, похоже. Олег хмыкнул, вновь прижал ее к себе крепко. Но из его взгляда никуда не делось то подозрение и недовольство от непонимания ситуации, что клубились всю их дорогу домой.
– Ладно. Поехал, - как-то отрывисто выдохнул Олег. Еще раз коротко жадно прижался к ее губам и все же отошел. - Ты только реально поешь, как мне тут пообещала, а не как обычно…
Не закончив, Олег, тем не менее, с серьезным таким намеком вновь обернулся. И ещё раз осмотрел ее с ног до головы. И это напряжение в глазах любимого – оно ее сломило. Не мoгла теперь от него ничего таить. Не в состоянии была понимать, что заставляет его нервничать и отвлекаться. Не та ситуация, чтобы у него внимание было рассредоточено.
– Поем, ненаглядный мой. Все хорошо, – не прекратив улыбаться, пообещала Маша.
