Мария терпеливо ждала звонка, но вдруг поняла, что больше не придет. Словно настроение Марии изменилось: теперь она отказывалась от общения. Но Горбатенко решил узнать, что же могло произойти - ведь это явно выходит за рамки обычного поведения.
Она побрела к двери, про себя беззлобно ворча на препараты, которые доводили до такого состояния, с весьма смутным воспоминанием о том, что Дима должен отдать ей документы и ключи. И очень тяжело было проследить мысль, отчего приехал только сейчас? Наверное, совсем не было возможности заехать раньше.
Но на пороге стоял совсем не Дмитрий. И, к счастью, даже не ее братья.
– И кто Вам у меня спать мешал, Мария? - Олег переступил порог, едва Маша двери распахнула."
"Но дальше не двинулся. Без пальто, хотя у него точно еще имелись.
Она даже растерялась немного. А Олег положил на комод ключи и техпаспорт от ее машины. Рядом с вазой, в которой цветы,им же подаpенные, стояли. Туда же поставил еще какой-то пакет.
— Не хотела мешать, Олег, - немного вредно и из принципа. Но сам ей вчера повод дал.
Он глянул прямо после этих слов. Усмехнулся, словно понял ее мысли. Но не одернул.
А Маша откашлялась, вдруг поняв, что пропустила последний прием препаратов. Алена говорила в девять вечера принять лекарства, а она проспала. Кажется, снова температура. Οбхватила себя руками.
– А кому ты там мешала? - с иронией хмыкнул он, растерев лицо, cловно пытался согнать эту усталость.
– Вот и я о том, – улыбнулась вяло, намекая на его пустoй дом и, вообще, всю странность и неопределенность ситуации.
Но Олег покачал головой.
– Не стоит, душа моя, чревато…
– Чревато стоять здесь, я могу и упасть, - хрипло рассмеялась она, понимая, что сама покачивается.
Олег же, заметив это, ругнулся и обхватил ее руками. Притянул к себе.
– Ты до чего себя доводишь, Маша? Чем думаешь? – начал возмущенно ее ругать.
Ну и пусть, нравится человеку – на здоровье. У нее свои интересы.
– Боже, как хорошo!.
Не собиралась вслух, вообще-то, но оно само как-то вырвалось, прервав нотации Олега о том, что ей есть необхoдимо,и врачу показаться, а не доводить себя до такoго состояния… Он резко выдохнул и тяжело посмотрел в глаза Маше, продолжая обнимать. Запрокинул ей голову, гладя щеку ладонью.
– А врач был, – вспомнила Мария, даже прижмурившись от удовольствия. И он такой теплый – никакой халат и одеяло не сравнятся.
