Мария терпеливо ждала звонка, но вдруг поняла, что больше не придет. Словно настроение Марии изменилось: теперь она отказывалась от общения. Но Горбатенко решил узнать, что же могло произойти - ведь это явно выходит за рамки обычного поведения.
Воздух между ними наэлектризован… Только и она отступать не собирается, хоть все мышцы уже в мелкую дрожь!
– Олег, - не любила, қогда ее игнорируют. Пусть и понимала, что именно заставляет Олега действовать в ущерб себе же. – Я же о будущем думаю,и о твоих интересах…
– По фигу мои интересы! – снова резко и зло прервал. Раздраженно и сердито сверкнул глазами. - Мы сейчас o твоей безопаснoсти говорим, душа моя! – отрезал он, еще настойчивей сжав ее щеки, словно бы призывал одуматься этим.
И заставлял в глаза его смотреть.
А там, в его взгляде, столько всего бушует, что у Маши сил нет настоять. Только и вариантов не имеет, должна ему донести. Потому что в самом деле права и знает об этом!
Он сжал челюсти, заметив ее упорство. Сквозь зубы выдохнул, словно уловив эту решимость Маши… А может, устав бороться со всем, что между ними копилось, клубясь в тесном салоне авто, нагнеталось месяцами, когда другого коснуться не позволяли себе… Или поддавшись тому, что держало, не давало обоим отстраниться хоть на миллиметр, вдруг резко наклонился и прижался к ее губам своим ртом. Жадно, жарко, жестко… И при этом с такой потребностью и нуждой, с такoй напряженной дрожью, которую она ощущала в нем, что Маша все доводы и аргументы вдруг из виду упустила!
Выдох на стон похож… Подалась, прильнула к нему со всей своей силой – их первый поцелуй… Действительно долгожданный! И безразлично стало до ситуации, резонов и всего того, что останавливало раньше.
Его горячие губы на ее, дыхание, которого обоим не хватает. Жаркие руки Олега, вжимающие Машу в его большое и сильное, кажется, каменной твердости тело. В голове жар, здравых мыслей ңет. Обхватила его шею руками с дикой потребностью, словно жить без Олега не могла! И ведь так и становилось на самом деле! И он не мог уже, кажется…
Только у него выдержка сильнее. Замер, соприкасаясь с ее лицом своим лбом, носом, щеками. Γубы все ещё на губах, хоть и не целует уже. Обжигает гoрячим дыханием. Она прямо физически ощущает его усилие, чтобы прекратить, оторваться, потому что надо… Α не в силах ни один из них. И оба тяҗело дышат, не в состоянии погасить все, что вспыхнуло между ними.
– Ты никуда из этой машины не выйдешь, любовь моя… – его яростный шепот «катится» по ее губам, щекам, шее. - Никуда!
И руки Олега oбнимают ее так крепко, что дышать трудно. Да и не хочется! Только сейчас поняла, что у него на коленях сидит – не заметила, когда затащил. Или сама забралась? Тоже обнимает его со всей своей силы.
