Нехороший воздух, какой бывает в помещении, простоявшем запертым долго-долго. Но дышится им нормально вроде.
Чем дальше от двери, тем темнее. Нет, полной темноты нет, но сумерки гуще, цвета совсем ушли, и даже звуки, кажется, глуше стали, как в вату. Не удержался, постучал стволом пистолета по крылу грузовичка, припаркованного наискосок, — и верно, как будто уши заложены, как после ныряния бывает. Неприятное ощущение.
Встал. Ну и что дальше? Пыльно здесь, кстати, а ветра вообще нет. И сыро, заметно сыро.
Так, а это что? Там, «наверху», такого не было. Асфальт взломан, похоже, что куда-то трубу тянули. И на мокрой серой земле в проломе четко отпечатались следы покрышек.
Не знаю, сколько тут следы держатся, может, и вечно, но выглядит это свежим. Машина проехала как раз со стороны офиса… а вот куда? В дом Эдика? Джонсон сказал, что собирались низом ехать аж в Панаму. Но куда именно — знал только Лэзис. Хотя есть у меня одна теория на этот счет — в дом Гонсалеса они собрались, наверняка. Или нет? Или есть там другие спуски?
Что-то рывком выскочило из-за машины метрах в тридцати от меня, пересекло улицу и укрылось за другой машиной, уже ближе.
— Твою мать! — Я буквально подскочил на месте с перепугу.
Направив оружие в ту сторону, я начал быстро сдавать задом, стараясь ни за что не запнуться. Сердце, начавшее было вставать на свое законное место, вновь выскочило куда-то к горлу, стремясь перекрыть дыхание.
Темное существо снова скакнуло вперед, укрываясь за другой машиной. Я оглянулся — до двери уже рукой подать, а я уже вхожу в круг света вокруг нее. Это почему-то добавило уверенности, я даже чуть притормозил, пытаясь разглядеть то, что гналось за мной. В том, что это охота на меня, я не усомнился ни на секунду. Да и пленный упоминал хищных тварей, что водятся внизу, просто все его объяснения у меня сейчас из головы вылетели. Она, голова эта самая, у меня пока кругом идет.
«В светлое место вокруг спуска они никогда не заходят» — всплыла фраза в мозгу.
Ага, похоже на то. Я заскочил на крыльцо, придерживая дверь, готовый в любой момент запереться внутри, а темное существо укрылось за машинами и преследование явно прекратило. Кстати, в этом светлом пятне даже ощущения изменились, если прислушаться к себе. Здесь все ощущается правильным, что ли, как наверху. А вот когда входишь в темную зону, то уже все не так, уже как муравьи под кожей… нет, не физические ощущения, нет ни боли, ни чесотки какой-нибудь, просто ты ощущаешь весь, что ты не принадлежишь этому месту. Оно тебя не принимает, выталкивает. А там, где спуск… там, наверное, через прокол втекает наша действительность. Мне так кажется.
— Сейчас, сейчас… — пропел я негромко басом, подбадривая самого себя.