В мире, где жизнь принадлежит системе, Безымянный оказался в жестоком плену. Он переживает травмирующее событие, которое лишает его памяти и конечностей, заставляя бороться за выживание. Перед ним намечается конфликт с безжалостными требованиями и угрозой немедленного наказания.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Низший» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В мире, где жизнь принадлежит системе, Безымянный оказался в жестоком плену. Он переживает травмирующее событие, которое лишает его памяти и конечностей, заставляя бороться за выживание. Перед ним намечается конфликт с безжалостными требованиями и угрозой немедленного наказания.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В мире, где жизнь принадлежит системе, Безымянный оказался в жестоком плену. Он переживает травмирующее событие, которое лишает его памяти и конечностей, заставляя бороться за выживание. Перед ним намечается конфликт с безжалостными требованиями и угрозой немедленного наказания.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Говорил, что Понт настолько крут, что каждый день сжирает сырьем человеческое сердце. И что с таким зверюгой лучше не связываться. Старый гоблин хвалил вождя Зловонки, восторгался им. А ты по роже ему дать хотел? Как-то не слишком хорошая рекламная политика вертикали власти, м?
Мы чуть померились взглядами. Медленно облизав губы, болотник убрал руку с рукояти ножа и со значением произнес:
– Одно сердце? Бывает и больше. Про Понта много не вякай, гоблин. Иначе однажды исчезнешь с концами здесь, а очнешься свиньей в клетке над морем дерьма там. Бойся, сука. И лучше мне больше не попадайся.
– Постараюсь – пообещал я – После того как ты облизал вот так вот губы – точно постараюсь не попадаться.
Бросив на меня последний взгляд, болотник ушел, уводя с собой остальных.
Через мгновение рядом нарисовался вернувшийся старый гоблин, разведший руками:
– Вот так и живем! Спасибо. А я как-то прозевал.
– Стареем? – без малейшей жалости поинтересовался я, протягивая старику пищевой брикет.
– Не привык – буркнул он – Я же городской. Привык жить в городе и болтать что на ум придет. Кто там болотников бояться станет? Им в город хода нет.
– Ха! Гоблин! Да ты тупой!
– Не спорю. Где туплю?
– А где ж здесь город? Это ж Гнойка!
– Ага… – поощрил я благожелательной улыбкой – Она самая. Городское заведение.
– Тьфу! Где ж тут город? Город там – гоблин махнул рукой куда-то к центру Дренажтауна.
– Середка. Куда все трубы и трубочки сходятся. Вот вокруг них и есть самый настоящий город. Там все здешние шишки обретаются. А здесь… тут все для деревни. Дальше-то их и не пустят.
– Ха! Окраина! Вам волю дай – мигом в город переберетесь. Потому Мать и бдит, чтобы вы не слишком расходились-то!..
Вскоре ситуация прояснилась.
Для окраинных и прочих гостей Дренажтауна доступны только внешние улицы. Стоит углубиться ближе к центру и сразу наткнешься на пропускные сканеры. Миновать их может только тот, кто рожден в Дренажтауне или же получил разрешение здесь жить. На любого другого сканер тут сработает и к тебе мигом подвалят недружелюбно настроенные бригадники, поставленные здесь на сменное дежурство.
Даже на внешних улицах гость города может оставаться не больше двух суток. Потом одна из полусфер пометит загостившегося красным светом и к ошеломленной деревенщине опять же подвалят недружелюбные ребятки и проводят до выхода из города, настоятельно при этом посоветовав ближайшую неделю не возвращаться. Это же касается обслуживания – спустя сорок восемь часов гость не сможет получить доступ к медблокам, торгспотам и капсулам.
Само собой городских это устраивает. Ведь им, по непонятной причине, можно жить без ограничений, где угодно.
