Я с трудом сдерживал оскал, лихорадочно перебирая в голове варианты. Один был хуже другого. Мои аргументы, какими бы блистательными они ни были, не воспримут. У меня не было ни свидетелей, ни союзников.
Кто бы это ни придумал, он всё просчитал и отлично подготовился.
— Ямада, ты!.. — едва сдерживал слезы, воскликнула Могами. — Так ты все это время хотел меня использовать? Я же поверила, я верила тебе!
Выронив сумку, она в слезах выбежала из класса.
— Иди нахер, Ямада! — заорал один из тех, кого мы записали на турнир. — Вали из нашего класса, из школы! Предатель!
Все дружно поднялись за ним, обступая меня со всех сторон. Лишь Коёми так и сидел у окна, буравя меня злым взглядом, да Хаясэ вглядывалась в свой смартфон, хмуря лоб.
Один из наших эсперов, Микума, склонился надо мной, сжимая объятый радужным сиянием кулак.
— Что молчишь, ублюдок? Нечего сказать? Дать бы тебе по роже…
— Ну дай, — спокойно ответил я. — Если кишка не тонка. Ты знаешь, что я в долгу не останусь, Микума.
— Сучий ты выродок, — он заскрипел зубами. — Встань как мужик, и…
Я резко поднялся, заставив одноклассников отпрянуть.
— Вмажь ему, Рё! — заорал кто-то сзади. — Вмажь ублюдку!..
— А НУ СТОЯТЬ! — по классу раскатился звенящий сталью голос. Все замолкли: в дверях стояла наша мегера-физичка и обводила толпу убийственным взглядом.
— НА МЕСТА ВСЕ СЕЛИ!
Ученики переглянулись — и, потупившись, потянулись к своим партам. Училка смерила меня взглядом и прошла к своему месту. Её телефон, зажатый в руке, был красноречивее любых слов.
Вся школа теперь знала о моем "предательстве". Включая учителей.
— Начинаем урок, — под перезвон школьного звонка заявила мегера. — Разберем задачу к тесту номер…
Раздался сигнал школьной радиосети и из динамика полился голос диктора.
— Ямада Рэйджи, класс 1-С, срочно явиться в кабинет Дисциплинарного комитета. Повторяю, Ямада Рэйджи…
— Тебя вызывают, — суровая училка кивнула на дверь. — Иди, Ямада.
Ну да, логично. Этого и следовало ожидать, давить будут со всех сторон. Еще раз взглянув на парней и девчонок, переполненных злобой ко мне, я поднялся и вышел из класса.
У кабинета меня встретила Ширасаги. Похоже, её хвалёные клановые врачи и правда творили чудеса, раз девушка уже могла сносно ходить. Сегодня её волосы были стянуты в густой хвост, а на бледных щеках пылали алые пятна гнева.
— Милая прическа, — ухыльнулся я.
Девушка молча открыла передо мной дверь в кабинет и отвернула голову.
