— А что, нужно было их уговаривать, пока они меня в туалете ногами били?
Могами смутилась, взгляд скользнул по соседним партам. Все смотрели на неё и ждали ответа.
Да, девочка. Они давят на тебя. Это же ты вписалась на место старосты, вот и соответствуй.
— Можно было просто не доводить до драки! — не растерялась она и встала с места. — Сказал бы мне и вместе мы что-нибудь придумали!
— Придумали? Например?
— Подняли бы школьные правила, сообщили в дисциплинарный комитет, студсовет, учителям в конце концов! Они бы точно отреагировали и заставили бы их извиниться!
Я нахмурился и взял её за локоть.
— Пойдём-ка выйдем, Могами.
Крепко держа за руку, я вывел девушку в коридор. Плотно закрыл за собой дверь, припёр Могами к стенке возле окна и зло зашептал ей в ухо.
— Так где же вы были весь прошлый месяц? Почему никто из вас не сообщил раньше? Чего вы все ждали-то?
Её взгляд был красноречивее любых слов. Бессильная ярость и страх.
— Ты не понимаешь, Ямада, — забормотала она. — Раньше нас бы не послушали.
Она стыдливо отвернулась.
— В чем дело, Могами? Потому что никто из наших не осмелился врезать этим уродам? Они тебе угрожали? Или учителя просто забили бы, потому что ты — неодарённая?
Девушка скрипнула зубами. Я попал в точку.
— Скажи мне честно, Могами. Я на твоей стороне.
— …вместе. Всё вместе, — прошептала она. — Ты не знаешь, тебя не было здесь в первый день. Когда учитель ушёл за учебниками, к нам зашли эти… уроды. И сказали, что теперь класс будет подчиняться им. Конечно, были несогласные! Но за неделю они отловили по одному, запугали и избили их всех. Большинство из нас — неодарённые, что мы могли им противопоставить?
— Они всё видели, но молчали. Я пыталась собрать ребят, объединить класс, даже стала старостой на вторую неделю учебы, но меня никто не слушал. Все были слишком напуганы. А потом они поймали и меня.
Могами побледнела, её взгляд быстро скользнул по коридору до двери и обратно.
— Девушка из той банды сказала, что если я хоть слово скажу Дисциплинарному комитету или учителям, они поймают меня после школы и сделают такое, что жить потом не захочется.
Она шмыгнула носом и продолжила.
— Они стали приходить в класс. "Присматривать" за нами. Издеваться над парнями, лапать девчонок. Терпеть это было невозможно, но все помнили, чем это грозит.
Вот, значит, как. А потом появился я, случилось то, что случилось, и все выдохнули с облегчением. Наша отличница вспомнила, что она староста, и начала возвращать себе позиции главы класса.
