Автор
Как дрожащие глаза убегали за шрамами на плече, она понимала: это не просто татуировка, а своего рода клятва. Пока я терплю стыжку и обиду, он продолжает манипулировать мной, как драконом — страшным существо, изваянным из моего бездействия. А здесь он снова прикоснулся к тонким местам, и я видела, как его большие пальцы прорезают кожу, будто вдохновляются древними традициями — словно наносят ритуальное увечье....
Сейчас они начинали немного меркнуть, уступая место новым и робко-счастливым: встречам с малышкой и неспешным прогулкам по ароматному саду. Каждый такой день казался мне искрящейся ярко-жёлтой бабочкой, одной из тех, что вспорхнула с ладошки Варры.
Пока я будила Клету, малышка уселась на скамейку и тоже задремала. Служанка, встрепенувшись, начала виновато извиняться и подхватила ребёнка на руки. На мою щёку упала первая капля, и я вздрогнула, внезапно вспомнив, что оставила в беседке свой кошель.
— Я принесу, — пообещала Клета.
— Нет, — возразила я и указала взглядом на малышку. — Варру нужно спрятать от дождя. Я сама схожу.
— Вы уверены, госпожа? — заволновалась служанка. — На вас лица нет.
Больше всего мне хотелось убежать в дом и спрятаться в своей комнате, но я убеждала себя, что сад не опасен, ведь мы гуляли тут много раз. К тому же тучи заполонили всё небо, и дождь грозил затянуться до завтра, а мне не хотелось прерывать занятий с девочкой. Каждая минута общения с Варрой будто наполняла меня жизнью.
«Я и в первый день сильно боялась, — вдыхая полной грудью, я смотрела, как удаляется Клета, унося ребёнка в дом. — А оказалось, что играть на свежем воздухе очень приятно и вовсе не страшно».
— Это просто вода, — шептала, делая шаг в сторону беседки, когда ветер набросился на моё красивое, подаренное новым господином, платье. — Я в безопасности, в безопасности…
Понятия не имела, зачем я это произносила, слова вовсе меня не утешали, но зато помогали делать следующий шаг.
— Это лишь тень, — утешала себя, шепча. — Ветер качает деверья. Мне показалось.
Когда ощутила в себе силы сделать ещё шаг, схватила кошель, лежащий на скамье, и повернулась, чтобы со всех ног бежать к дому, но увидела перед собой мужчину и вскрикнула от ужаса:
— Господин?!
Выглядел отец Варры ужасно! Лицо белее муки, дорогой плащ будто дикими зверьми разодран, всё плечо в крови.
— Пом-могите мне, — с трудом выговорил хозяин дома.
Я же и пошевелиться не могла, перед глазами то будто что-то вспыхивало, то словно темнело.
