Автор
Как дрожащие глаза убегали за шрамами на плече, она понимала: это не просто татуировка, а своего рода клятва. Пока я терплю стыжку и обиду, он продолжает манипулировать мной, как драконом — страшным существо, изваянным из моего бездействия. А здесь он снова прикоснулся к тонким местам, и я видела, как его большие пальцы прорезают кожу, будто вдохновляются древними традициями — словно наносят ритуальное увечье....
Хозяин дома повернулся ко мне, и одно небо знает, чего мне стоило не сдвинуться с места или не уронить поднос. Вздохнув, Ирган устало повелел:
— Собирайся. Какое-то время тебе придётся пожить у проклятого дракона.
Глава 3
Собираться? В этом доме не было ничего, что мне хотелось бы взять с собой. Будь моя воля, я ушла бы отсюда в том, в чём появилась, но простое иномирное платье давно сожгли, а обуви на мне не было. Но как бы ни хотелось всё бросить, мне не дали. Слуги бережно упаковали в сундуки все мои проклятые чёрные платья, косметику и даже драгоценности, которые мне дарил господин.
Игрушку передавали со всем гардеробом.
Стало зябко, и я поёжилась, глядя на дверь.
— Тебе холодно? — бесстрастно спросил Ирган.
— Нет, господин, — опустив ресницы, проговорила я.
— Тебе грустно? — голос его понизился и завибрировал.
По телу прокатила ледяная волна — я знала этот тон. Лучше отвечать так, как ему понравится.
— Да, господин.
Но это была ложь. Я до потери сознания была счастлива покинуть этот проклятый дом! Но в то же время мне было безумно страшно переступать порог.
Я едва могла дышать от охватившего меня ужаса и, поддавшись непонятному порыву, вдруг выпалила:
— Можно мне остаться, господин?
Иногда неизвестность страшит больше, чем уже понятный ад. Мне казалось, что я раньше не понимала этого, потому что была совсем другой.
Господин Лабатт вдруг улыбнулся мне так же, как другим — тепло и доброжелательно. До этого он так делал лишь однажды, в нашу первую встречу, но гостям всегда дарил своё безграничное обаяние. На меня мужчины смотрели с восхищением, а их спутницы с враждебной завистью.
Но сейчас Ирган вдруг проявил ко мне толику тепла. Подошёл и прижал к широкой груди. Я н миг закрыла глаза, сдерживая дыхание, чтобы не ощущать запах мужчины. Поначалу он казался приятным, но со временем стал ассоциироваться с болью.
— К сожалению, нет, — господин Лабатт погладил меня по голове, словно собаку, которую подобрал на улице и приручил. — Но обещаю, что скоро ты вернёшься домой.
