Автор
Как дрожащие глаза убегали за шрамами на плече, она понимала: это не просто татуировка, а своего рода клятва. Пока я терплю стыжку и обиду, он продолжает манипулировать мной, как драконом — страшным существо, изваянным из моего бездействия. А здесь он снова прикоснулся к тонким местам, и я видела, как его большие пальцы прорезают кожу, будто вдохновляются древними традициями — словно наносят ритуальное увечье....
Выглянув в окно, я заметил, что вы дрожали.
Я растерянно посмотрела на его широкую спину. Зачем он всё это мне рассказывает?"
"— Простите, господин, что без должного почтения отнеслась к вашему благородному жесту. Поверьте, я ценю вашу доброту.
А вот теперь он остановился и, обернувшись, окинул меня с головы до ног колким взглядом. Я внутренне сжалась в ожидании наказания — не похоже, что господин простил меня. Кажется, что мои слова только сильнее его разозлили.
— Вам не идёт чёрный цвет, — невпопад заявил мужчина, и я растерялась ещё сильнее.
— Простите…
— Довольно извиняться!
— Изви… Хорошо, господин.
Вот теперь он был в ярости — судя по сверкающим, будто оникс, глазам. Здесь такого камня не существовало, Игран упрямо искал его во все лавках, когда однажды я случайно упомянула это название. Как тогда, как и сейчас, мне нужно было промолчать.
Господин Этвеш поджал губы, резко отвернулся и быстро пошёл по лестнице вверх. Я облегчённо перевела дыхание. Простил? Или накажет позже? Подхватив юбки, поспешила за мужчиной на второй этаж.
— Вам нехорошо? — нахмурился господин.
— Нет, нет, всё в порядке, — поспешно уверила его. — Просто я немного запыхалась. У господина…
Голос внезапно осип, будто отказался произносить имя того, кто оставил на моём теле следы своей магии. Преодолев минутную слабость, я продолжила, переиначив слова:
— Там где я жила, мне не было надобности подниматься по лестнице.
Как и спускаться. Я из комнаты нечасто выходила, но рассказывать об этом не хотела.
— Ясно, — кивнул он и открыл передо мной дверь. — Вам придётся привыкнуть к этому, ведь детская находится на втором этаже. Проходите.
Внезапно меня охватило непонятное предчувствие. Оно будто касалось к сердцу раскалённым тавром, оставляя ноющие следы. Но при этом меня потянуло внутрь с непреодолимой силой. Я и сама не заметила, как оказалась у небольшой кровати с деревянными бортиками, в которой сладко спала светловолосая девочка лет двух.
— Это моя дочь — Варра, — представил малышку мужчина. — С этого дня вы будете заботиться о ней…
Кажется, он что-то ещё сказал, но я вцепилась в бортик кроватки и, не мигая смотрела на девочку. За два года я не видела ни одного ребёнка! Даже когда мой прежний хозяин разрешал подойти к окну, по улице проходили только взрослые люди, проезжали кареты.
