Автор
Мартин, отец Кирилла, и его няня соприкоснулись на грани ревности и предательства. Встреча кажется кошмаром, где каждый шаг подталкивает к еще большему обиде. Няня не выдерживает давления и решительно заявляет о своих правах, заставляя Мартина понять, что с ней он не может играючи обращаться. Так начинается невероятная история, где любовь и зависть переплетаются в самых нелепых ситуациях....
Она осунулась, её всегда прямая осанка согнулась, морщины стали заметнее, и в глазах погас блеск.
– Ба? – спросила.
– Всё дома!
Даже в такси она молчала. Словно не хотела раскрывать какую-то страшную тайну.
– Ба, что происходит? – Не выдержала я, когда такси отъехало.
– Не знаю, дочка. – Тяжело вздохнула ба. Постояла несколько секунд и открыла ворота . Она частенько меня называла «дочкой», изо всех своих сил пытаясь быть и за мать, и за отца, и за единственную бабушку.
– А Кирилл с кем?
Ба резко развернулась, пронзила своим пристальным взглядом насквозь.
– Значит, ты так и не вспомнила? Хорошо же они тебя напичкали.
– Не вспомнила что, ба?
– Как попала в клинику.
Я покачала головой.
– Нет.
– Пойдём в дом. Там и поговорим. Она согнулась ещё сильнее, словно ноша оказалась непосильной.
Дом был холодным и сырым. Пустым. И детская кроватка, как и все детские вещи, приготовленные мною к приезду малыша, исчезли.
– Ба! А где….
– Сядь! – бабуля меня резко прервала, хотя всегда учила, что перебивать некрасиво.
– Выпей вот это.
– Что это?
– Пей!
Я послушно выпила весь отвар, или что там было. Вкус был отвратительным. Но я стала непритязательной ко вкусам. Поставила на стол пустую чашку. Ба села рядом.
– Мне позвонили из роддома, и сообщили, что у тебя начался истерический припадок. Пока я успела добраться, тебя успели увезти в клинику. Хотя я так и не добилась внятного ответа, почему они это сделали. Ведь в таких случаях необходимо разрешение родственников.
Я не перебивала. Где-то в подсознании я понимала, что предстоит долгий разговор, и он будет нелёгким.
"– Меня почти сразу же провели к главному врачу. Я поинтересовалась, что могло спровоцировать твой припадок. Он долго расспрашивал о твоих детских заболеваниях. Но девочкой ты была спокойной, здоровой и никаких отклонений, ни физических, ни уж тем более психических, я не наблюдала. И уже думала, что пережила на своём веку всё, что могла.
– Тебе сообщили, что Кирилл умер. Синдром внезапной смерти новорождённых.
Я перестала дышать. Нет! Этого не может быть!
– Это ложь! Я видела Кирилла! Он выглядел здоровым! И более того, неонатолог это подтвердила!
– Мне тоже так сказали. Но это не помогло ему. Крепись, Ника. Может, и не надо было тебе этого говорить.
