Автор
Мартин, отец Кирилла, и его няня соприкоснулись на грани ревности и предательства. Встреча кажется кошмаром, где каждый шаг подталкивает к еще большему обиде. Няня не выдерживает давления и решительно заявляет о своих правах, заставляя Мартина понять, что с ней он не может играючи обращаться. Так начинается невероятная история, где любовь и зависть переплетаются в самых нелепых ситуациях....
– А Кирилл?
– С ним всё хорошо. Не волнуйся. С ним Сабина, Римма и дед, но сын всё равно каждый раз спрашивает про тебя.
– Я по нему так скучаю…
– Скоро мы будем дома, – произносит Мартин. – Как только тебе станет лучше, мы сразу поедем домой.
– Но мне уже лучше.
– Нет, Вероника, придётся слушаться врачей.
– А…
– Ярослав? Он пока на искусственном питании. Как только тебе разрешат, ты сможешь кормить его сама.
– Но пройдёт много времени.
– Доктор сказала, что никаких противопоказаний у тебя нет.
– А почему мне нельзя вставать?
– Из-за швов.
– Точно. – Как я могла про них забыть? Ярик зашевелился.
– Кажется, кто-то сейчас проснётся, – устало улыбается Мартин. – Полежите, я сейчас сделаю смесь.
– А кто его кормит?
– Я.
– Ты?
– Да. Я никому не дам в руки своего сына.
Мартин выходит, а я смотрю на маленькое чудо, которое зевает и пытается открыть глазки.
«Ты опять оказалась права, ба. Я здесь очень нужна. Спасибо тебе, родная».
Мартин возвращается с детской бутылочкой.
– Можно я сама?
– Конечно, только дай, я сначала его переодену.
– Ты и переодеваешь сам?
– Вероника, ты же сама говорила, что у наших детей больше не будет нянь. А чужим медсестрам не доверяю я.
Глава 58.
Нас выписали через десять дней. Все эти дни Мартин не отходил ни на минуту. Иногда мне приходилось выгонять его из палаты, чтобы он не видел, как я встаю и, согнувшись, иду умываться. Не хотелось показываться мужу в таком виде.
А сколько было криков, когда Мартин выставил из палаты медсестру, которой нужно было поставить прививку БЦЖ Ярославу! Даже главному врачу не сразу удалось убедить Мартина в необходимости этой процедуры. Подпускать никого со шприцом к нашему ребёнку муж не давал.
– Я многое на своём веку повидала, но такого ещё не было, – жаловалась Оксана Ильинична, делавшая мне перевязку. – Нечего мужчинам делать в роддоме! Придумали, не пойми что, а нам как работать? Ведь и слова поперёк нельзя сказать: клиент всегда прав! А эти молоденькие мамочки, которые смотрят на тебя, как на букашку, потому за них отвалили кучу денег? Эх, куда катится этот мир?
– Спасибо, Оксана Ильинична, вам огромное.
– Да не за что. Выздоравливай, а как сынок подрастёт, так и за доченькой к нам приходи.
Доченькой.
Если сыновья мне так достались, то за дочь даже и не знаю, что судьба приготовит.
Дома Кирюша повис на мне и не хотел отпускать.
