Няня для тирана — это психодрама о Арине, которая неожиданно становится няней брутального артиста в ночном клубе. Стремясь избегать внимания и быть как можно отвлеченнее от своей внешности, она позволяет себе вытворять все что угодно под громкие музыку — даже когда ее клиенты становятся невероятно непредсказуемыми....
Бросаю взгляд на сына, который спокойно играет в новую игрушку, притащив остальных роботов из коллекции. Он спокойно обходился без моего внимания. Уверена, даже не заметил, что я ушла.
А Клык заметил. Взбесился тоже из-за этого? Ну нет, он не может меня ревновать. Но мужчину могло задеть, что я бросила его и ушла с разу к другому. Конечно, променяла такого шикарного мужчину на Данчика, который не блистал красотой. Выраженная асимметрия лица, тонкие губы. Он не был красивым, поэтому мне было с ним легко. Не нужно было опасаться, что сейчас он выкинет что-то, проявив природную наглость.
А вот с Клыком опасаться нужно было. Он пугал своей непредсказуемостью, красотой, взрывоопасностью. Сейчас он один, а через секунду превращается совсем в другого мужчину.
— Не лезь в мои отношения с сыном, — обрубая, отходя на кухню. Включаю чайник и достаю варенье. — Без твоих советов я справлялась как-то пять лет. И дальше обойдусь. Алек, будешь малиновый чай?
Сын кивает, не отрываясь от своей игры. Мне нужно себя чем-то занять.
— Ты проиграл спор, — произношу вдруг легко, размешивая варенье. Ложка громко стучит о керамические стенки, отдавая в висках. — Я уже гораздо больше недели тут.
— Пуля тоже не выиграл. Месяца ещё не прошло.
— Да, не выиграл, — киваю, медленно подводя к нужной мне теме. Ставлю чай перед сыном, и отхожу в другую комнату. Клык взбеситься, а я не хочу, чтобы Алек это видел.
— Я думал, это было твоей целью. Продержаться тут месяц и насолить мне.
— Всё поменялось. Я ухожу, Клык. Увольняюсь, съезжаю, сбегаю. Подбери любое определение, которое тебе больше нравится. Я сообщу ребятам, что ты меня выжил и уеду на днях. Могу сегодня.
— Я уже говорил, — Клык надвигается на меня, заставляя отступать. Его голос холоден, полон злости и недовольства. Если бы голосом можно было резать, я бы уже истекла кровью. — Ты никуда не уйдёшь до тех пор, пока я не разберусь со своими делами.
"— Нет! — неожиданно твёрдо. Пальцы дрожат, и я сжимаю кулаки, чтобы мужчина не заметил. — Я свидетель. А ещё я работаю на Пулю и Веру, а не на тебя. Я скажу им, что хочу уйти. И уйду.
Всё происходит молниеносно. Рывок, и я оказываюсь зажатой между Клыком и стеной. Он вдавливает меня, давит своей силой и горой мышцей.
