Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
Раздел Chitat.online для книги «Няня из Чайноботтам» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Владимир Торин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– С чего ты взял?
Джаспер наделил Винки многозначительным взглядом.
Подобный ответ маленького работника станции кебов не устроил, и он уже собирался было возмутиться, когда Джаспер внезапно остановился и сказал:
– Мы на месте.
В канал длинным носом вонзался ветхий причал: сваи были ржавыми, дощатый настил во многих местах прогнил и зиял дырами, через него тянулись рельсы узкоколейки, и в самом конце на них стоял небольшой вагончик. Иллюминаторы загадочно и слегка зловеще мерцали в струях дождя, из толстой трубы на крыше курился дымок.
У основания причала на столбе, поскрипывая на цепи, покачивалась вывеска «Финлоу».
Джаспер в очередной раз после разговора с Шнырром Шноррингом укорил себя: и как он не вспомнил – он ведь уже видел эту вывеску, когда они с дядюшкой приходили на берег Брилли-Моу в прошлый раз.
– Ты придумал себе прозвище? – спросил он Винки, и тот тяжело вздохнул.
– Ничего в голову не идет. Потому что у меня уже есть прозвище: Винки.
Джаспер хмыкнул.
– На самом деле ты уже придумал неплохое прозвище, просто ты не знаешь, что это оно.
– Не понимаю…
– Кто там у нас вкуснее крыс?
Винки глянул на него и улыбнулся, но в следующий миг его улыбка исчезла, будто стертая дождем.
– Ты уверен, что все сработает?
– Конечно, не уверен. Но так ведь интереснее.
Винки ничего интересного в этом не видел, но спорить не стал.
Перехватив поудобнее мешок, Джаспер ступил на причал. Винки, нервно сжимая свои крошечные кулачки, двинулся за ним.
«Это все ради Сэмми, – напомнил он себе. – Мы должны спасти Сэмми и остальных. Я должен быть таким же храбрым, как Джаспер…»
Храбрый Джаспер, шедший чуть впереди, пытался унять колотящееся от страха сердце. Удержать себя в рамках трезвого опасения не удалось.
***"
"Выловленная в канале рыба воняла керосином, а на вкус была, как носок, пропитанный машинным маслом, – и то, что рыбу эту несколько часов вялили на дыму из топки, менее гадкой ее не сделало, лишь добавило скрипучих на зубах угольных песчинок. Впрочем, чего еще ждать от того, что до этого утра жило на «жидкой свалке», в черной глубине Подметки.
Зазвенел колокольчик, и мистер Финлоу оторвался от ужина.
– Треснутая кость! Ну наконец-то!
Поднявшись из-за стола, он подошел к иллюминатору и, открыв его, выглянул наружу.
К скобе под круглой рамой был привязан колокольчик, от языка которого вниз по борту фургона и дальше – в квадратный проем между досками причального настила и под воду – уходила веревка.
Немного выждав, мистер Финлоу взялся за нее и принялся тянуть. Вскоре из канала показался небольшой почтовый ящик. Затащив его в иллюминатор, мистер Финлоу повернул рукоятку, открывая дверцу, и достал из ящика консервную банку, на этикетке которой значилось: «Бобы Прюитта».
