Няня особого назначения (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Какое-то время она даже зарабатывала нам на кусок хлеба своим мастерством, вышивая на заказ для обеспеченных людей.

— Мам? — подхожу и присаживаюсь на корточки перед креслом.

Знаю, что мамы давно нет, но… возможно, это мой шанс еще раз с ней поговорить, услышать ее голос, обнять ее.

— Надо закончить, надо быстрее закончить, — шепчет мама, ускоряя движения и без того очень быстрых пальцев. Иголка мелькает с феноменальной скоростью, рисунок ширится просто на глазах.

— Мама? — снова зову.

Она поднимает голову, и я жду, вот сейчас она меня узнает, улыбнется, но нет.

— Как я устала, боже, как устала. Зачем мы тут? Почему не вернулись?

— Куда вернулись, мам?

— Я так надеялась, но они сказали: во мне нет того, что нужно. Всегда нет. Во всем. Я просто сосуд для чего-то нужного.

— Мама? — ее бессвязный шепот начинает меня пугать.

— Это все ты виновата!! — внезапно лицо женщины кривится, покрывается морщинами, а глаза сосредотачивают взгляд точно на мне. — Ты виновата!

— Я? В чем? — растеряно отползаю от кресла.

— Ты разрушила мою жизнь! Ты — замОк! И родители знали это! Они гордились, что в их семье родилась та, что снимет проклятие. Они гордились ТОБОЙ! А на меня смотрели, как на пустое место! Я столько лет делала все, чтобы заслужить их любовь и не преуспела! — Мама встает с кресла, роняет пяльца, наступает на них ногой, не спуская с меня взгляда. — А тебе просто стоило родиться и все! Вся их любовь была только для тебя!

— Это неправда! Они очень тебя любили. Я помню, когда была очень маленькая, мы с дедушкой ходили на рынок, чтобы купить твое любимое мороженое, которого в магазине не было! Ты болела, а мы хотели тебя порадовать!

— Не было такого!

— Было. Манговый сорбет. Я до сих пор помню, хотя столько лет прошло. Я скучаю, мама, — слезы сами собой стекают по щекам.

Я понимаю, что женщина передо мной — это не мама. Умом понимаю, но сердце… И тогда я делаю странную вещь: подхожу к маме и обнимаю ее. Крепко. И прижимаю к себе. Она такая худенькая, как я помню. И пахнет так же: ромашкой, мятными конфетами и таблетками для сердечников. Скрывала, что сердце больное. Отшучивалась.

— Мамочка, — прижимаю ее к себе и плачу, — прости, что меня не было рядом, когда я была нужна, прости, родная.

Тогда, когда мне сообщили о ее смерти, у меня не было слез. И эмоций почти не было. А сейчас вся та застарелая боль выходит слезами. Боль и чувство вины.

— Прости, мамочка, — повторяю.

— Давно уже простила, — отвечает. — А теперь пора и тебе себя простить. И идти дальше.

Едва она договаривает, как ее тело в моих руках растекается хлопьями тумана и пропадает. Вытираю глаза и вижу еще одну дверь. О, боже! Надеюсь, за ней уже выход.

Когда я пересекаю порог, часть старой, гнетущей боли уходит из моего сердца, оставляя место для чего-то нового, светлого.