В сумку вцепилась маленькая Назарет, будучи уверена, что я сейчас вырву ее из рук. Время прошло, и Сережа Назаров стал успешным бизнесменом, но осталось то веселье и независимость, которые она так ценила в его прошлом. Теперь девочка сидит напрямую передо мной, пытаясь прийти в себя после этих слов....
Похоже, «Няня поневоле» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"«Подожди, — останавливаю сам себя. — Она в соседней комнате. За стенкой. Ей ничего не угрожает. Тем не менее, захожу следом. Осматриваю небольшую уютную комнату, где уже разложен диван. Лежат подушки и постельное белье. Подхожу к окну, выходящему на какой-то сарай. Высокий первый этаж. Тут при всем желании не допрыгнешь. Даже с шестом. Целую свою девочку, бесцеремонно пробираясь руками под куртку спортивного костюма, подаренного мною. Пальцы скользят по бархатистой коже вдоль позвоночника. И я чувствую, как неимоверное счастье разливается на душе.
— Я скоро, — шепчу, порывисто прижимая к себе Линару. — Ложись, малыш. Я пожру что-нибудь и приду.
— Иди, — улыбается мне жена. — Не обижай отказом хороших людей.
— Спи, не жди, — рычу, целуя лицо. — Ты в безопасности. Я рядом.
Усилием воли отрываюсь от Линары и неожиданно цепляю взглядом фотографию, стоящую на книжной полке.
Шагнув ближе, беру в руки деревянную рамку. Лениво смотрю на старый снимок, где запечатлена какая-то гулянка. Впиваюсь взглядом в знакомые лица.
Что и требовалось доказать… мать вашу!
— Отдыхай, — улыбаюсь Линаре и, боясь ее напугать, делаю над собой усилие. Выхожу из комнаты спокойно. Очень спокойно. И зайдя в кухню, сажусь на свободное место между Трофимом и Ступой. Обвожу строгим взглядом приютивших нас людей и, набравшись наглости, любезно прошу.
— Давайте, дорогие друзья, начнем с самого начала.
— А ты весь в батю, — по-доброму усмехается хозяин дома. — Света, — обращается он к жене. — Принеси китель. Хочу себе солидности добавить.
Хозяйка выходит за дверь и тут же возвращается обратно, неся перед собой полицейский мундир с погонами полковника. Петр Иваныч привычно накидывает его. Да так и остается сидеть.
— Против тебя большая буча пошла, Сережка. И хоть мы слово давали Лехе, что никогда не напомним о себе, но ситуация критическая. Какому-то хмырю ты сильно яйца отдавил. Я так понимаю, жену украл, шалопай…
— Я сама к нему пришла, — решительно заявляет Линара, останавливаясь на пороге.
— Иди сюда, — зову ее, протягивая руку. И одновременно пинаю локтем Ступу. Тот пересаживается на другую табуретку.
