Тесный лифт замер, камеру освещали наши движения. Женя ощущала отвращение к соседскому прикосновению, когда мужчина незаметно постучался в ее юбку. Выскочив из захламленного лифта, она стремительно бросилась домой — прежде чем неуемный ухажер мог войти следом. Взбешенная и растерянная, она мчала к двери, зная лишь, что это место больше не принадлежало ей....
— Мы не сплетничали, — сразу заявил шеф. я только фыркнула, так и поверила этой наглой роже.
— Значит, так, Бронислав Иванович, попрошу пойти и поработать и не отвлекать от работы не меня не мою помощницу, а ты, — я обратилась к Оле. — Если еще раз услышу, что тебя что-то отвлекает от работы, подумаю о твоей компетентности. Все ясно? — я посмотрела на притихшего шефа и покрасневшую помощницу и захлопнула дверь, но я еще не успела даже есть на место. Из приемной послышались голоса.
— … Крылов угомонись, — строго сказал шеф. снова послышалась возня.
— Поговорю и уйду она же на месте? — спросил голос моего няня и сердце сжалось, а ноги подкосились. Нет не хочу его сейчас видеть. не хочу!
— Простите Бронислав Иванович, он… — это, кажется, голос кого-то из охраны на первом этаже. — Но он… вы не могли… нос сломал…
— Да не трогайте вы меня, — звук удара и падающего тела и писк Ольги.
— Крылов, а ну! — Сафонов взревел, и в приемной, кажется, все стихло.
— Я поговорю с ней и уйду! — упрямо заверил Василий.
— Успокойся сначала, ты сейчас сам на себя непохож, — примирительно попросил Бронислав.
— Василий Валерьевич, может, вы чай хотите? Присядьте я сейчас… — попыталась вмешаться Оля.
— Я просто поговорю и уйду… — уже спокойнее, но не менее решительно заявил Вася.
— Просто успокойся, ты сейчас похож…
— На психа? Знаю, — невесело засмеялся мой бывший нянь, а я наконец взялась за ручку досчитала до десяти и полная мужества решить все здесь и сейчас. Открыла дверь.
— И, о чем же вы хотели со мной поговорить? — он и правда походил на безумца. За все время знакомства я привыкла, что он спокоен и не возмути сейчас же…
Я бросила взгляд на сидящего на полу охранника, он баюкал руку и смотрел на Василия как на величайшее зло.
"Да уж живее не придумаешь сцену. Новый взгляд на бывшего няня. Синяки под глазами, щетина — будто он не спал несколько дней и совсем за собой не следил. Грудь мужчины вздымалась и отпускалась. Он явно прорывался ко мне сбоем.
