Тесный лифт замер, камеру освещали наши движения. Женя ощущала отвращение к соседскому прикосновению, когда мужчина незаметно постучался в ее юбку. Выскочив из захламленного лифта, она стремительно бросилась домой — прежде чем неуемный ухажер мог войти следом. Взбешенная и растерянная, она мчала к двери, зная лишь, что это место больше не принадлежало ей....
— Да, сегодня какая-то комиссия или что-то типа того, — женщина послушно взяла еще пару блинов и съела. — Спасибо за завтрак, пойду собираться…
При этих словах она встала и даже сделала шаг, но, внезапно и с тихим «ой», начала падать. Я среагировал быстрее, чем успел понять, что произошло. И вот теперь полураздетая женщина сидит у меня на коленях, моя рука неудачно попала под ее кофту, а наши лица не позволительно близко друг от друга. Сердце ускорило свой ход, нагоняя кровь в голову и не только…
Евгения во все глаза смотрела на меня, а я нервно сглотнул, замечая, как она облизнула губы.
Женщина шумно сглотнула и, мне показалось, потянулась ко мне, чтобы поцеловать.
— Мама? — детский голос вернул в действительность из сна. Ну прекрасно и что мы скажем ребенку на это? А ведь самое обидное, я не готов потерять работу из-за такой нелепости…
10
Евгения
— Мама? — голос Таи вернул в действительность, отгоняя остатки сна.
Последняя мысль заставила торопливо встать, улыбнутся благородно поймавшему меня мужчине. Второй раз за неполных шесть часов, кстати! Это феноменальная неуклюжесть с моей стороны и что он обо мне подумает?
— Спасибо, Василий Валерьевич, — делать вид, что меня ничего не смущает.
Черт! Вот мне только не хватало, чтобы няня сбежал, потому что мамаша к нему приставала.
— Спасибо за завтрак, было очень вкусно, — я поторопилась выйти из кухни, по пути потрепав по волосам дочь. — Доброе утро, милая, прости я тороплюсь на работу…
— Но мам! — и почему я подумала, что отмазка работа для старшей прокатит? Она больше всех сейчас требовала моей любви, а я ей даже этого дать не могла. Дети для руководства плохой довод.
