Автор
Мальчишка и его мама обсуждают предстоящую свадьбу сестры — вот тут-то и начинается необычное приключение в подземелье. Два босса — один из них руководит лифтами, другим — свадебными организациями. Вместе они решают нелегкие задачи, связанные с гостями свадьбы. Атмосфера напряженная и захватывающая: нижний этаж лифта превращается в неожиданное место для встреч и переговоров, когда мама мальчика пытается выяснить истинную ситуацию с его бывшим мужем....
И если ты думаешь, что постоять передо мной на коленях и извиниться будет достаточно, чтобы я простила, то ты ошибаешься.
— Что ты хочешь? Я сделаю все.
— Всё? — изобразила заинтересованность.
— Всё, что только захочешь.
Марк мгновенно расслабился, наблюдая за мной снизу вверх.
— Есть кое-что, чего я сильно хочу, — добавила в голос щепотку неуверенности.
— Смелей, детка, я сделаю все для тебя.
Самоуверенный козел.
Улыбнувшись, провела пальцами по щетине и приподняла подбородок выше. Наклонившись к нему, почувствовала его дыхание на губах.
Сосредоточившись на его глазах, заметила, как в них плещется триумф. Так и ждет, когда я попрошу то, чем он может откупиться. Неужели можно подумать, что я продамся?
— Я очень хочу… — шепнула, облизнув губы.
— Чего? — подался вперед, не сводя глаз с моего язычка, медленно скользящего по верхней губе.
— Чтобы ты исчез из моей жизни, — проговорила страстно и с отвращением оттолкнула Марка, выпрямившись.
Какое же удовольствие наблюдать за мимолетной растерянностью, осознанием и злостью.
— Знаешь, мне кажется, я хуже сестры, — заметила вслух, медленно растягивая губы в ядовитую усмешку.
— И чем же? — Марк злился, Марк был в бешенстве, поэтому больше не было соблазняющего тона или заискивающего взгляда, только задетое эго.
— Она бы попросила что-нибудь, а не сделала это…
Звук хлесткой пощечины разнесся эхом по подъезду.
Трясло, губы задрожали, а глаза наполнились влагой. Слушать, как он встает и уходит, было нестерпимо больно.
Я знала, что унижение такие мужчины, как он, не прощают.
"Ему ведь стоило просто быть искренним. Не вставать на колени, а обнять и шепнуть, что сожалеет, что был на эмоциях, что больше такого не будет. Что любит и не хочет потерять.
Закрыв ладонью рот, зажмурилась и осела на колени, сгибаясь под тяжестью эмоций. Сколько времени я провела так, борясь с мыслями об ошибке. Сколько корила себя и ругала за слабость, не произнося при этом ни одного слова вслух.
