В ночь самой дорогой любви ты окажешься в руках бесшабашного мажора Макса Черняховского, когда случайный клиент становится не просто мужчиной для свидания, но и крахом твоего мироощущения. Ты узнаешь, что не все проблемы решаются простым подчинением заказам, особенно когда они связаны с наглым сыном влиятельного магнита бизнеса....
Отчего же эта настырная мысль скребет мозг ржавым гвоздем?"
"А что бы произошло будь на месте Никиты кто-нибудь другой? Более напористый, сильный, властный… Дура. Вот не зря говорят про нас так. Ну, всё же есть для счастья! Тогда какого хрена еще надо? Н-да, вот именно — какого хрена?
Улыбнувшись ходу своих мыслей, подошла к нужной палате.
Арина лежала на больничной кровати, укрытая простыней почти до подбородка. Загипсованная нога покоилась на небольшой подушечке. Запах свежего гипса и бинтов напомнил мне о ценности жизни и о хрупкости человеческого тела.
Услышав скрип половиц, девушка повернулась к двери и оглядела меня грустным взглядом.
— Прости, что так вышло.
8. Лика
Она что, серьезно?
— Тебе не за что извиняться.
Я только сейчас почувствовала неловкость. А ведь мы не были подругами, соответственно, о чем с ней разговаривать, я не знала. В поисках тем, окинула взглядом светлое помещение.
Палата, вероятно, одна из лучших в клинике, судя по евроремонту и телеку с холодильником, причем, одноместная (это основной аргумент в её пользу), утопала в цветах.
— Решила подзаработать и начать банчить цветами?
Знаю, неудачная шутка, но надо с чего-то начинать.
Арина сверкнула озорным взглядом.
— По-братски полсотни за три косаря отдам, — отозвалась Малиновская.
Я улыбнулась. Напряжение отступило.
— Как нога?
— Врач сказал, на днях смогу поехать домой. Операция прошла успешно так что… — Арина улыбнулась. — Как думаешь, если сяду у ЗАГСа, смогу быстро толкнуть товар? — она оглядела растительность.
— В тебе явно есть коммерческая жилка. Но, думаю, ты разобьешь сердце поклоннику, решившему произвести на тебя впечатление.
Девушка чуть поморщилась.
— Аа…Это от жениха. Он узнал, что произошло утром, отец рассказал.
Я даже присвистнула.
— Не похоже, что для него брак нежелателен.
Арина отвернулась к окну. Всхлипнула.
Да ёбаный в рот! Умею я все-таки подбодрить, да?
Не зная, что сказать, замерла в нерешительности. Подойти и успокоить? А вдруг она не поймет. Все-таки первый день общаемся. Выйти из палаты и оставить одну, пока не пришла в чувства? А не слишком грубо получится?
Пока я раскидывала в уме колоду карт на удачу, Арина пришла в себя и обратилась с вопросом.
— Это мне? — она указала глазами на пакет с зелеными яблоками.
Точняк.
