В ночь самой дорогой любви ты окажешься в руках бесшабашного мажора Макса Черняховского, когда случайный клиент становится не просто мужчиной для свидания, но и крахом твоего мироощущения. Ты узнаешь, что не все проблемы решаются простым подчинением заказам, особенно когда они связаны с наглым сыном влиятельного магнита бизнеса....
Высокий подтянутый парень, примерно моих лет с охуенным букетом красных роз, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Че за хер?
Не сразу понял, что произнес это вслух. Сука. Теперь придется открывать.
Лика сглотнула и промямлила что-то про бывшего. Какой нахуй бывший? Пусть уебывает.
Маленькая поморщилась от резкости моего тона, но она не понимала, что я с ней сейчас предельно деликатен.
— Скажи, пусть уходит.
Третий раз повторять не стану.
Отступил, давая возможность кошке решить этот вопрос. Интересно понаблюдать за этим клоуном.
Лика открыла тяжелую дверь и сделала шаг на площадку, но замерла в проходе. Костяшки пальцев побелели — до того сильно она стиснула металл ручки.
— Ты зачем пришел Никит? — и голосок такой тоненький, охрипший. Интонация, будто разговаривает с нашкодившим ребенком. Если так дальше пойдет, придется вмешаться и научно-популярным языком объяснить этому херу, где его место.
— Лика, это тебе.
Шелест упаковки и маленькая рука разжалась, чтобы взять протянутый букет.
Кошка сделала шаг на площадку, и я понял, что настал мой выход. И не ошибся. Этот хуеплет встал на одно колено и протянул руку к Лике, держа красный футляр с кольцом. Хрупкие руки выронили букет. Шорох цветов заглушил дрогнувший голос этого хрена.
— Ты выйдешь за меня, Анжелика?
— Нет, — услышав моё безапелляционное, оба повернули голову в мою сторону. Лика напряженно, хер, в недоумении глядя на мою фигуру в дверном проёме.
— Это еще кто? — он так же продолжал стоять на колене, но руку с футляром опустил.
— Парень её. Вали нахер отсюда.
45. Макс
Тот недоверчиво повернулся к опешившей кошке, но она продолжала молча взирать на меня, затем, опомнившись, глянула на бывшего.
— Никит, ты не вовремя, — ее тон не вязался с резкостью движений. Хуеплет выпрямился.
— Да. Никита. Съебись.
Надо походу самому зарешивать, а то Лика теряется.
— Ты теперь с ним? Лика ответь! Почему он у тебя?
Прикрыл глаза.
— Никит…
— Ты с ним мне изменила? С этим мудаком?
Ну всё, он меня заебал. Сделал шаг навстречу и приподнял подбородок. Лика хотела встать между нами, но один мой взгляд в её сторону и кошка отступила. Правильно маленькая.
— Зайди в квартиру.
Лика перевела взгляд с меня на мудака.
— Никит, иди домой.
— Мне не дала, сука, а с ним ебалась!?
Ну вот и подпись на смертном приговоре.
