В глубокой ночи на Вараньковском кладбище начинается необычная похоронная церемония. Жизнь офицера ФСБ Героя России словно прервалась внезапно, и теперь здесь собрались лишь его ближайшие помощники и друзья, чтобы помянуть его в тишине ночи. Уныло-вздыхательные звуки траура усиливаются, когда они поднимают цинковый гроб с телохранителем, словно внушая им вечный сон....
– Или сделаю очень больно! Прямо сейчас!!!
Плененный сатанист моментально заткнулся и, судя по запаху, обильно нагадил в штаны.
– Мразь! – брезгливо сморщился Корсаков, полностью опустил стекло и выбросил сигарету. В лицо ударила струя влажного, холодного воздуха. «Хрен с ним, пусть серится, – немного остыв, подумал фээсбэшник. – Недолго уж осталось».
Путешествие впрямь близилось к концу. Огоньки, бензозаправки, трактирчики постепенно редели и наконец вовсе исчезли, сменившись двумя рядами угрюмых, голых деревьев.
– Вполне подходит для завершения жизненного пути этого… существа, – проворчал себе под нос полковник, выходя из машины. (В советские времена в здешних краях располагался свиноводческий совхоз «Путь к коммунизму». Его-то питомцев и «обслуживала» скотобойня.
С ноября 2003 года[6] тут практически ничего не изменилось. Все тот же унылый пейзаж, гнилостный запах близкого болота. Метрах в трехстах дальше по проселку – скопище ветхих, полуразвалившихся лачуг…
Отперев багажник, Дмитрий мощным рывком за одежду вытряхнул сатаниста наружу, снял с него наручники, вынул изо рта кляп и толчком кулака в загривок направил к развалинам.
– Шагай, с-сволочь! Попробуешь удрать – прострелю ноги!
Воровато оглядевшись по сторонам, «продвинутый» затрясся в лютом ознобе.
– Ша-а-агай! – повторил Корсаков, достав из багажника небольшую лопату и захлопнув крышку. – Тебе предстоит ударно потрудиться!
– А-а-а-а?!! – опешил пленник.
– Клад будем искать, – усмехнулся фээсбэшник. – Шевелись, животное! У нас мало времени…
Пройдя в глубь развалин, они очутились в просторном помещении без окон с вбитыми в стены ржавыми крючьями и кровостоками на бетонном полу (когда-то тут потрошили убиенных свинок).
В дальнем углу, где почему-то отсутствовал бетон, виднелась груда различного хлама, прикрывавшая могилу Давыденко.
– Копай яму там, – Корсаков вручил сатанисту лопату. – Примерно… гм… на полтора метра.
– З-з-з-здесь п-п-п-правда к-к-к-к-клад?!! – Джека вдруг одолела частая икота.
– Копай, сука, не зли. – Отойдя к стене, полковник достал пистолет с глушителем, нацелил его на «продвинутого» и прикурил сигарету.
