В глубокой ночи на Вараньковском кладбище начинается необычная похоронная церемония. Жизнь офицера ФСБ Героя России словно прервалась внезапно, и теперь здесь собрались лишь его ближайшие помощники и друзья, чтобы помянуть его в тишине ночи. Уныло-вздыхательные звуки траура усиливаются, когда они поднимают цинковый гроб с телохранителем, словно внушая им вечный сон....
Я же двинулся в банкетный зал, незаметно проник в него (используя привитые куратором навыки). Скромно встал в уголочке и осмотрелся по сторонам… В центре зала располагался длинный, широкий роскошно сервированный стол, под которым кто-то шебуршал и, судя по довольной роже одного из присутствующих, занимался тем же самым, благодаря чему сделал карьеру господин Фуфел. Пол застилал ковер из свежесрезанных роз. Под потолком мягко светили позолоченные декоративные лампы, выполненные в форме пенисов, влагалищ и «пятых точек».
Успевшие курнуть «травки» телохранители фигуранта, хихикая в кулак, таращились на присутствующих. А поглядеть им было на что! Оргия находилась на высшем пике своего развития, и подавляющее большинство ее участников полностью утратили человеческое обличье. (Вернее, сбросили маски, скрывающие их подлинные свиные рыла. – Д.К.)"
"Так, некий известный «правозащитник», спустив штаны с трусами, скакал по полу на четвереньках, пьяно голося: «Я породистая сучка! Кобеля!!! Кобеля!!! Полцарства за кобеля!!!» «Сучку», тоже на четвереньках, пытался догнать абсолютно голый лохматый мужлан – печально известный «художник»-модернист.
– Первый, Первый, я – Второй, – шелестяще донеслось из вмонтированного в ухо микропередатчика, – семь фондовых по нулям. Трое калеки, но разговаривать смогут… завтра. Сигнализация отключена. Все наши на заданных позициях.
