Автор
В зимних сумерках 1831 года Англии, Иззи не может проснуться ни на минуту больше. Ее сон — затаенная страсть к теплу и огню, словно ледок в море тревоги. На этом сне жара распространяется от колена до бедра, словно кровь, проникает глубже обычного доверия. Этот мрак — не просто проблеск воспоминаний, а огненный пут, ведущий к самому себе.
Только теперь глаза ее были сцеплены с глазами Иззи, сцеплены так, словно это жизненная нить, соединяющая их, ее единственная надежда на спасение.
Мучительно переживая за свою дорогую страдающую подругу, Иззи крепко-крепко обняла Селию, прижимаясь к ее спине, словно пыталась не дать ей упасть под порывами ураганного ветра. Сжатые в кулаки руки Селии побелели, рот перекосился от горьких всхлипов. Две женщины стояли, накрепко соединенные взглядами, телами и болью, перед зеркалом, которое отражало в безжалостном контрасте роскошную комнату позади них.
Глава 12
После эмоциональной бури они сидели, тесно прижавшись, друг к другу и сцепив руки. Хотя Селию все еще била дрожь, голос ее звучал спокойно."
"— Мне нелегко говорить об этих вещах, но я должна была сказать, чтобы не подвергать тебя опасности… Как-то ты у меня спросила, не хочу ли я заново придумать себе жизнь. О, как бы мне этого хотелось. Я стала такой, какой никогда не хотела быть. — Селия на мгновение отвела глаза. Затем снова повернулась к Иззй. — Ты никогда не спрашивала меня о той ночи. Об Эппи… я имею в виду, о Джулиане и обо мне. Я знаю, ты плохо обо мне думаешь, потому что я нарушила брачные обеты. Хотя на самом деле я никогда этого не делала. — Криво улыбнувшись, Селия продолжала: — Я доверяю тебе, Иззи, иначе никогда бы не рассказала тебе об этом. Это мой позор. Мне не следовало бы говорить о таких вещах с незамужней женщиной, но этот мрак порой угрожает поглотить меня. Я часто думаю, что если бы могла излить кому-то душу… Могу я признаться тебе, дорогая Иззи, хотя это может тебя шокировать?
Иззи кивнула.
Селия судорожно вздохнула и начала:
— Меня продали за титул и пятьдесят тысяч фунтов, когда мне было семнадцать. У меня не было дебюта, не было периода ухаживания. Просто короткая церемония, и мы отбыли в Шотландию на охотничий сезон. Его милость — заядлый охотник, видишь ли. Я ни разу не видела его до того дня, понятия не имела о плане, пока не оказалась перед викарием. — Она перешла почти на шепот. — Отец сказал мне, что я единственная надежда на спасение имения, что мои мать и сестра останутся бездомными без этого брака. Я была до смерти напугана, но, разумеется, согласилась. Я никогда не думала, что сама смогу выбрать себе мужа, хотя полагала, что это произойдет, когда я стану постарше, что у меня будет светский сезон. Мой муж увез меня в замок в Шотландии и там делал все возможное, чтобы получить от меня наследника.
