Автор
В Ночной Клубе на Лысой Горе каждое слово имеет вес и каждый взгляд говорит о многом. Здесь скандал за сценой не замечен, а только усиливает привлекательность героев. Встреча Погодина и его непредвиденной гостьи — это перелом в их отношениях, который будет перетаскивать их к вершинам или дна....
— И при получении на вечеринке неизвестно от кого записки с текстом вроде «Заплати мне и сестре алименты» Змей должен был вести себя так, как ты только что обрисовал. Но он молчит. Делает вид, будто ничего не читал. Почему?
— Похоже, он испугался, — пробормотал Сеня.
— Вот-вот! — кивнула я. — Что такого страшного в записке? Возможно, Федор не хочет, чтобы кто-то узнал о том, что он — однажды, давным-давно — ушел в праздник Хеллоуина пугать людей, а потом одну его спутницу нашли убитой, вторая же просто пропала.
"— На момент смерти Пуськовой у Касьянова алиби — художник сидел в обезьяннике, — сообщил Кузя. — Наш герой, выйдя с вечеринки, устроил свару с парковщиком, дал ему в нос и был доставлен в участок. Из-под стражи его вызволил адвокат. Когда Федор вышел на улицу, там уже стояли журналисты с камерами.
— Рекламой у Федора занимается женщина, — поправила я. — Но ты прав, она, похоже, очень деловая. Только до сих пор мне список тех, кого пригласили на демонстрацию инсталляции «Смерть бабы», не прислала. Позвоню-ка ей!
Мой разговор с пиарщицей занял пару минут.
— Списка нет, — мрачно заявила я, пряча трубку. — Зоя думала, что он сохранился в компьютере, но случился глюк, и вся информация пропала.
Собачкин опять запустил руку в коробку с пирожными и одновременно покачал головой.
— Нет, просто мадам не захотела фамилии назвать. Итак, алиби на время гибели Саши у Змея железное…
— А в день кончины Ники бетонное, — перебил его Кузя. — Змей из Америки вылетал, и когда в Нью-Йорке в самолет сел, Вероника была еще жива. Приземлился в Шереметьево — а Балабанова уже на том свете.
