В Филёвском парке на скамейке сидел пожилой мужчина, улыбаясь и подкармливая белок орешками. Он был в свободном стиле, но выделялся тонкой оправой очков со светло-оранжевыми линзами, необычным для этой части света цветом. Джинсы были темно-синего оттенка и явно не китайского производства. Этот ночной санитар создавал атмосферу тихой симфонии природы и человеческой доброты....
У вас есть год. Потом надо будет действовать. Я буду - с вами или без вас. Да и чтобы вы ничего плохого не подумали – я не пойду в политику. Считаю, что нам надо выбрать технологическое превосходство над нашими друзьями в любом обличии. На это есть предпосылки, которыми я буду заниматься через год. Как уволюсь из нашей краснознаменной. А политику оставим политикам. У них язык без костей.
Хандамиров был озадачен. Такой спич молодого человека был не от настроения или слабого ума. У него точно есть план. И решил подумать на эту тему.
Макс же отправился в гостиницу и утром двинулся на Павелецкий вокзал. Почти через двое суток он добрался до Орджоникидзе и приехал на такси в штаб корпуса, где в его мире был штаб 58 армии.
Предъявив предписание оперативному дежурному Макс вышел покурить на крыльцо штаба. Мимо как раз проходил какой-то генерал с полковником на прицепе. Макс спрятав сигариллу в левой руке, отдал честь вытянувшись по стойке смирно. Генерал, увидев новое лицо остановился. Кто таков? – спросил он.
- Ну-ну посмотрим, что там, - процедил генерал. – Вольно курсант. Не прячь сигарету – сгоришь. – схохмил генерал."
"Макса определили на узел связи штаба корпуса, но делать там ему было нечего.
Прошел месяц. И вдруг приказ выдвинутся к складам корпуса, получить там матчасть и выдвинуться в аэропорт Беслан.
