В Филёвском парке на скамейке сидел пожилой мужчина, улыбаясь и подкармливая белок орешками. Он был в свободном стиле, но выделялся тонкой оправой очков со светло-оранжевыми линзами, необычным для этой части света цветом. Джинсы были темно-синего оттенка и явно не китайского производства. Этот ночной санитар создавал атмосферу тихой симфонии природы и человеческой доброты....
Это сделает Док, причем в одном бронекорпусе без возможности его вскрытия с зарядом термита на случай его вандального вскрытия. Схема его работы была просто как валенок. Ускоритель нейтронов создавал пучок нейтронов, которые поджигали Уран-238 в стержнях. Они выдавали запредельную температуру и преобразователь переводил тепло от стержней в электричество без генератора и вообще трущихся и вращающихся частей. Надо было только загрузить стержни в колодцы из некорродирующего материала типа циркония и затянуть болты.
Макс решил делать опытную партию в сто штук – экономика показывала, что это возможно. Корпуса решил делать на заводе Гидропресс в Подольске, который делал корпуса реакторов для ледоколов и субмарин, а стержни отдать на откуп Чепецкому механическому заводу в городе Глазов в Удмуртии.
И он поехал. Сначала в Гидропрессе его не восприняли серьёзно, но главный инженер увидев чертежи лукаво его спросил кто их делал. Макс честно сказал, что они отдали чертежи в один институт и те на компьютере их распечатали.
Оказалось, что он аж главный инженер. Ну раз так, то он точно возьмется. Тогда они не знали куда девать этот обедненный уран -238.
"Илья Зельманович со своей фирменной хитрой улыбкой спросил о цели такого заказа. Макс старался не врать и честно рассказал о принципах работы реактора и что корпуса делает Гидропресс и показал договор с ними без цен.
