В Филёвском парке на скамейке сидел пожилой мужчина, улыбаясь и подкармливая белок орешками. Он был в свободном стиле, но выделялся тонкой оправой очков со светло-оранжевыми линзами, необычным для этой части света цветом. Джинсы были темно-синего оттенка и явно не китайского производства. Этот ночной санитар создавал атмосферу тихой симфонии природы и человеческой доброты....
Через полчаса ему удалось войти и пожилой еврей рассказал ему все тонкости регистрации дома. Пришлось соврать, что маман была в Уфе и не смогла вовремя зарегистрировать дом, так как муж пока должен был быть в Уфе. Но акт о получении денег в наличии. Аки о передачи дома тоже. Договор подписан в том году и доверенность на регистрацию тоже имеется.
Адвокат начал объяснять как и что, но Макс его прервал.
- Простите великодушно, но не могли бы вы сами все сделать, так как мама моя занятой человек и я тоже в пятницу отбуду в отпуск на три недели, - мы оплатим все услуги.
- Думаю это возможно, молодой человек. Только мне будет нужна доверенность от вашей матери на все легальные действия, - ответил адвокат.
- Это не проблема. У какого нотариуса мы сможем ее подписать? – спросил Макс. - И когда? Желательно сделать это после шести вечера. После работы.
Например завтра или послезавтра.
Он тут же убежал звонить и вернувшись сказал, что все улажено и завтра в 19.00 мы должны быть у нотариуса тут же около базара, только с другой стороны здания.
Договорившись Макс ушел, думая как это все преподать маман. Она то еще та дама. Ничему не удивится, но потом жилы вытянет. Но это будет потом."
"Вернувшись Макс сел за подготовку документов для регистрации и усевшись за столом понял, что заполнять надо тушью, а не чернилами. Вот же блин. Помчался в магазин за тушью и перьями. Хорошо, что рядом почти. Удобно жить в центре. Купив тушь и перья разного калибра уселся и стал пробовать разные варианты почерка. Остановился на стандартном чертежном почерке полупечатными буквами.
Заполнив все недостающие части актов и договора с доверенностью он сложил все в один пакет и достав домовую книгу сложил все в сумку. Туда же он положил сто рублей червонцами и еще пятьдесят пятерками. Мало ли что.
Потом жестяную коробку с документами и книжками вынес на чердак и обернув целлофаном закопал ее в мусор под приметной балкой.
Ну все. Можно что-нибудь приготовить.
Постучал к соседям. Татьяна Львовна – жена Сулеймана была дома. Ему постоянно родственники привозили баранину. Заняв у нее задок барашки отправился на улицу готовить плов. Во дворе было место, специально оборудованное для готовки на открытом огне. Пользовались им все жильцы, но надо было всем по чуть-чуть раздать.
