В Филёвском парке на скамейке сидел пожилой мужчина, улыбаясь и подкармливая белок орешками. Он был в свободном стиле, но выделялся тонкой оправой очков со светло-оранжевыми линзами, необычным для этой части света цветом. Джинсы были темно-синего оттенка и явно не китайского производства. Этот ночной санитар создавал атмосферу тихой симфонии природы и человеческой доброты....
Ему повезло, что уже просто так не забривали. Все-таки был 44 год, а не 41й. Послали в интендантское училище в Выборг. Тем более у него была десятилетка, хоть и татарская.
Ускоренный курс был почти год и в мае 45 года он получил предписание на Дальний Восток в бухту Провидения на Чукотку. В Европе война уже все, но Япония не давала спать спокойно. Получив место на американском фрегате третьим интендантом, погрузил шмотки в свою каютку вышел с фрегатом в океан из Петропавловска-Камчатского в Анадырь. Лендлизовский фрегат был полон тараканов и не имел того оборудования, что были приняты на нашем флоте.
Представьте себе боевой корабль в море. Запчасти к машинам – интендант, боезапас на все виды вооружений – интендант, еда на 150 человек каждый день 5 раз в день – интендант, топливо – интендант, шкиперское хозяйство - интендант, боцманское хозяйство – интендант.
"Крутились интенданты как могли. Потому как всего, что было нужно на базах флота просто не было.
Чукчи просили забить кита – нет проблем – выходило пара торпедных катеров и били пару китов. Потом чукчи привозили китовое мясо и железы. Хоть свежака поесть. И жир в бочках. Было на чем жарить. Олейну и Золотую семечку туда не завозили.
Так и ходили между Камчаткой и Чукоткой.
В сентябре война закончилась и фрегат стали готовить к сдаче обратно амерам. Все вылизали. Типа не след сдавать захламленный корабль.
И отправили сдаточную команду на Аляску. Амеры просто тупо забрали фрегат и отправили его в утиль. Старье же. Отец тогда сделал гешефт. Сменял бочки с китовым мясом на куртки моряков. Они у амеров были кожаные и теплые. Наши мерзли в бушлатах. Ватники морякам не полагались.
