Полина готовилась к его возвращению целый год, но встреча пугала её больше, чем ожидание. Вынужденная принять отчаянные меры, она не подозревает, что судьба приготовила им совсем иной сценарий. История о второй любви и неизбежности.
Раздел Chitat.online для книги «Нокаут» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Полина готовилась к его возвращению целый год, но встреча пугала её больше, чем ожидание. Вынужденная принять отчаянные меры, она не подозревает, что судьба приготовила им совсем иной сценарий. История о второй любви и неизбежности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Марина Анатольевна Кистяева Самиздат подборки серии
Полина готовилась к его возвращению целый год, но встреча пугала её больше, чем ожидание. Вынужденная принять отчаянные меры, она не подозревает, что судьба приготовила им совсем иной сценарий. История о второй любви и неизбежности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Об абортах я узнал во время бракоразводного процесса, она мне об этом прокричала в суде. Думал, убью. Прямо там, — слова срывались с губ помимо сознания. Он редко говорил о бывшей. И то лишь с Беркутом. Ни с одной женщиной не обсуждал свой брак. Со стороны однодневных любовниц были попытки, которые он пресекал на корню. Перед Полиной же ему захотелось открыться. Хотелось рассказать, чтобы она поняла его мотивы. Его надежды."
"— Как два аборта? — совсем тихо прошептала Полина, внезапно перестав плакать. Точно некий невидимый волшебник переключил кнопку. Теперь её расширившиеся глаза смотрели на него, не моргая.
— А вот так. Две загубленные жизни. Полина, я тебе про это говорю, чтобы ты поняла… Я противник абортов. Причем, охренеть, какой. Аборт в моем понимании допустим лишь в одном случае — по медицинским показаниям. Всё. И когда я тебе предлагал не пить контрацептивы, я был абсолютно серьезен.
— Лёша, да я про аборт и не заикалась…
— Вот и не заикайся! И, эй! А ну, не обижаться. Я сказал это для того, чтобы высказать свою позицию. И, черт, девочка, ты не представляешь, в каком я сейчас нахожусь состоянии! Я… Офигеть! Я буду отцом, Поля!
— Почему не понимаю? Как раз очень хорошо понимаю. Потому что я буду мамой, Лёша!
Она сознательно отзеркалила его слова.
А потом улыбнулась. Мягко-мягко, как умеет делать только одна она.
— И я рада, что у нас нет разногласий по этому поводу. Значит, буду рожать.
— Естественно.
Говорит, а у самого горло дерет от переполнивших эмоций. Даже глаза защипало.
Официант подоспел вовремя. Они молчали, пока он расставлял тарелки и приборы.
Когда он отошёл от их столика, Алексей, понимая, что по-другому поступить не может, сказал:
— Полина, я откажусь от боя с Барановым.
Лучше бы не говорил. По крайней мере, не сейчас. Потому что реакция Поли ему не понравилась. Она медленно кивнула и повернула голову к окну. Улыбка медленно сползла с её губ.
ПОЛИНА
— А вы меня когда отпустите домой?
— Если придут хорошие анализы, то после трех. Такой вариант вас устроит, Поля?
— Конечно.
Полина, как и большинство людей, ненавидела больницы. Запах медикаментов, белые стены, врачи, снующие по важным делам и зачастую приносящие печальные вести.
У неё же был дополнительный повод не любить больницы. Как только она попадала в больничную палату, сразу возвращалась на год назад. В тот день, когда пришла в себя и, с трудом разлепив глаза, на неё обрушилась новая правда жизни. Полина навсегда запомнит персиковые стены той палаты. Почему-то именно они ей снились позже в кошмарных снах. Как сдавливали, поглощали её, пытаясь раздавать.
И последующая череда реабилитационных процедур не добавила любви к клиникам.
